Вернуться на основной сайт Многонациональный Самарский край

Детям о дружбе народов Самарской области

Чувашские сказки

Давным-давно жили-были старик со старухой. Весь свой век они мирно трудились, а кроме ветхой избёнки на подпорках да одного ягнёнка, ничего у них не было. И не было у них детей. О том старики тужили-горевали.
И вот однажды приснился старухе Питамбар.
- Век вы живёте в мире и дружбе, много трудитесь, а счастья не видали, - сказал он. - Хочу я вас наградить. Ступайте перед восходом солнца к дубу Киремёть, принесите в жертву ягнёнка, потом возьмите кусочек коры этого дуба, заквасьте на ночь в квашне, и наутро появится у вас сын-батыр.
Старик со старухой всё так и сделали, как велел Питамбар. Наутро появился у них сын. Назвали его Иваном.
Рос Иван не по дням, а по часам. Съедал за один присест три каравая хлеба, выпивал бочку воды и в неделю стал словно двадцатилетний.
Спрашивает Иван у родителей:
- Отчего так плохо живёте?
- Потому, сынок, бедно живём, что нет у нас счастья и удачи,- ответил старик.
- Ну, так я пойду искать удачу, - сказал Иван, - и найду её.
И отправился Иван искать счастья. Идёт он день, идёт два и три. И на седьмой день привела его дорога к дивному месту. Увидал он медное озеро. На берегу того озера раскинулся красивый сад. Все яблони в саду бронзовые, а яблоки красной меди.
Смело перемахнул Иван через медный тын и увидал посредине сада большой ток из красной меди, а возле тока медный дом.
Вошёл в дом - нет никого, только пахнет жареной бараниной, а Иван очень проголодался. Недолго думая, вытащил из печки жаркое и съел всё дочиста.
Потом лёг на кровать и уснул крепким богатырским сном.
Много ли, мало спал, пробудился от страшнейшего шума-гама. Будто бурей сорвало медную дверь с петель, и в горницу влетел лохматый орёл, весь в медных перьях. Ударился он об пол и обернулся человеком.
- Кто осмелился зайти в мой дом непрошеным, незваным и пользоваться моим добром?
- Я осмелился,- ответил Иван.
- Ах, это ты, Иван-батыр! - закричал орёл.- Слыхал про тебя. Живым отсюда не уйдёшь!
- Что ж, если хочешь силой меряться,- проговорил Иван,- выйдем из дому.
Вышли оба на медный ток, стали друг против друга.
- Начинай! - скомандовал орёл.
- По нашим чувашским обычаям,- сказал Иван,- первым начинает тот, кто просит боя.
Орёл мешкать не стал. Расправил плечи, размахнулся и так ударил Ивана, что тот по колени в землю ушёл. Но в ту же минуту батыр вскочил, легонько ударил противника, и орёл-великан по шею в медный ток провалился. Повертелся, подёргался и запросил пощады:
- Не убивай меня! Будь моим старшим названым братом.
Вытащил его Иван, и отправились они с орлом путешествовать. Прошли чуть ли не тысячу вёрст и увидели серебряное озеро. Возле озера серебряный сад окружён серебряной оградой. В саду серебряные яблони с серебряными плодами. Посреди сада серебряный дворец, а перед дворцом просторный серебряный ток.
Оставил Иван медного орла на берегу озера, а сам перескочил через ток и зашёл во дворец. Напился, наелся и повалился спать-почивать.
В скором времени пошёл грохот, поднялся шум, и влетел в серебряный дворец орёл в серебряных перьях.
Обернулся орёл добрым молодцем, стал браниться:
- Какой невежа осмелился зайти сюда без моего ведома?
Потом заметил Ивана.
- А! Сам Иван-батыр пожаловал! - крикнул он.- Прийти-то пришёл, а назад живым - не уйдёшь!
Вышли на серебряный ток. Изо всей силы ударил серебряный орёл Ивана и по пояс вогнал его в ток. Легко выбрался добрый молодец и сказал:
- Теперь моя очередь.
Вполсилы ударил серебряного орла и по самую шею вогнал в ток. Сколько ни бился орёл-великан, выбраться не мог и стал просить:
- Будь моим старшим названым братом! Протянул Иван ему руку, помог выбраться, и тронулись они в путь втроём.
Шли долго ли, коротко ли, увидели предивное золотое озеро. К озеру золотой сад примыкал. В саду золотые яблони с золотыми яблоками. За золотым тыном золотой дворец стоит, и возле дворца золотой ток. Оставил Иван своих спутников возле озера, а сам перелез через золотой забор и вошел во дворец. Поел и попил сколько хотел, потом лёг на пуховую постель и уснул.
Вдруг засверкала молния, загремел гром, поднялась буря, и влетел во дворец лохматый громадный орёл в золотых перьях. Обернулся он батыром и заговорил:
- Кто это тут разлёгся на моей пуховой постели? Выходи на волю!
Вскочил молодец с постели.
- А! Это Иван-батыр! Слышал я о тебе. Давай силой меряться.
Только вышли, как ударил золотой орёл Ивана изо всех сил и вбил по самую шею в золотой ток. Напряг Иван все свои силы и выкарабкался, стал на ноги и со страшной силой обрушил удар на противника. По самую макушку забил его в ток. Только голос послышался:
- Напрасно я понадеялся на свою силу. Вижу теперь: ты много сильнее меня. Будь моим старшим названым братом.
Вызволил Иван золотого великана, и пошли они вчетвером искать счастья.
Шли степями широкими, через дремучие леса пробирались, переправлялись через озёра и моря. По многим государствам прошли и достигли таких мест, где солнце всегда грело по-летнему.
Встретилась им на лесной поляне изба, огороженная высокой железной стеной. Всем хотелось поесть и отдохнуть. Но ни калитки, ни ворот в стене найти не могли. Принялись орлы-великаны стену ломать. Сколько ни бились, ничего поделать не смогли. Стоит стена, как стояла. Тогда ухватился за железный лом Иван-батыр, ударил раз, другой и пробил в стене пролом. Вошли через пролом на широкий двор. На дворе семь быков, а в избе никого нет. Зарезали быка.
- Вари обед,-сказал Иван-батыр медному орлу - а мы пойдём за ворота, поглядим-поразведаем да дров ещё припасём.
Сварил медный орёл быка, сидит ждёт остальных. Вдруг за дверью послышался голос:
- Открывай дверь!
Открыл он и видит: стоит за порогом стар-старичок, сам с локоток, а борода-сажень длиной. Старичок попросил:
- Внеси гостя в избу, посади за стол! Внёс медный орёл старика в избу, посадил за стол.
- Чего это у тебя в котле? - спросил старичок с локоток.
- Мяса наварил, братьев обедать жду,- ответил медный орёл.
- А-а, моего быка порешил! - закричал старик.
Выдернул он из бороды три волосины, скрутил-связал теми волосинами медного орла, суп и мясо съел и скрылся неизвестно куда.
Воротились в избу три батыра, принесли дров.
- Готов обед? - спрашивают. А медный орёл кое-как освободился от волосяных пут, встал из-под лавки и говорит:
- Когда печь растопил и стал обед варить, до того угорел, что не помню, как и упал под лавку.
- А обед где?
- Ничего не помню, только вот сейчас очнулся.
Нечего делать, зарезали другого быка, оставили обед варить серебряного орла, а сами ушли.
Принялся серебряный орел за дело. Скоро мясо уварилось.
В ту пору послышался за дверью голос:
- Отвори дверь!
Дверь отворил, увидал за порогом старичка с локоток, борода - сажень длиной.
- Чего стоишь? Внеси меня в избу, посади за стол,- говорит старичок.
Поднял его серебряный орёл, а старик тем временем выдернул из бороды три волосины, связал батыра, побил, помял его и бросил под лавку. Сам мясо съел, суп выхлебал и исчез, будто его и не бывало.
Пришли батыры и спрашивают:
- Управился с обедом?
- Какое управился! Принялся варить да так угорел, что и память отшибло. Сейчас только очухался.
Поискали, поискали, ни супа, ни мяса не нашли и повалились спать несолоно хлебавши.
На другой день зарезали третьего быка и говорят золотому орлу:
- Сегодня твой черед: вари обед, а мы скоро придём.
Сказали и ушли.
Только успело мясо увариться, как раздался стук в дверь. За дверью старичок стоит. И говорит он:
- Перенеси меня через порог, посади на лавку! Поднял его золотой орел, а старичок, раз! - связал его тремя волосинами и принялся бить. Бил, бил, под лавку бросил:
- Лежи там!
А сам весь обед съел без остатка и скрылся.
Кое-как успел только золотой орёл развязаться, как воротились три батыра:
- Давай обедать!
- Какой тут обед! - молвил золотой орёл. - Изба такая угарная, чуть жив остался, лежал без памяти, покуда вы не пришли.
- Ну ладно,- засмеялся Иван-батыр, - ступайте, орлы-великаны, дров припасите, а я стану обед варить и погляжу, что тут творится.
Зарезал он четвёртого быка, положил в котёл и поставил в печь.
Приготовил обед. "Скоро должны быть мои названые братья", - подумал он. И в ту же минуту услышал из-за двери голос:
- Открой дверь гостю!
- Открывай сам! - крикнул Иван. Дверь отворилась, и вошёл в избу старичок с локоток, борода в сажень длиной тянется.
- Посади меня за стол! - просит.
- Сядешь и сам, коли есть хочешь.
- А чего это у тебя в печи варится? - спрашивает старик.
- Быка освежевал, обед варю,- отвечал Иван-батыр.
Старичок с локоток вырвал три волосины из бороды и кинулся на Ивана:
- Покажу, как моим добром пользоваться! Схватил Иван-батыр старика в охапку и давай трепать. Бил, бил, вынес на улицу, нагнул высокое дерево, привязал к нему за бороду непрошеного гостя. Отпустил вершину, и взлетел старичок кверху.
Воротился батыр в избу, а тут и орлы явились. Иван встречает их, посмеивается:
- Узнал я, что за угар в этой избе. Теперь угар ваш на вершине дерева висит.
- Где, где? - заговорили названые братья-орлы. - Пойдём, поглядим!
- Никуда он не денется,- остановил их Иван. - Пообедаем, тогда и посмотрите. Садитесь за стол!
Пообедали. Вышли на двор. Смотрят, а на макушке дерева только клочья бороды висят.
- Видно, очухался и сумел отвязаться, - сказал Иван-батыр.- Ну ничего, найдём по следам.
Пошли все четверо по следам старичка с локоток. Следы привели их к бездонной пропасти. Разрезали они бычьи шкуры на ремни, связали, и получился длинный трос.
- Ну, кто первый спустится в подземелье за стариком? - спросил Иван.
Орлы с ноги на ногу переступают, молчат. - Что ж, придётся, видать, мне спускаться,- заговорил Иван.- Привяжем ремень к дереву, а вы стойте здесь. Когда дёрну три раза, тащите.
С теми словами ухватился добрый молодец за ремень и стал спускаться. Долго спускался. Один за другим миновал он шесть слоёв земли. А когда спустился за седьмой слой, ремень кончился. Видит Иван - до дна недалеко. Он соскочил наземь и оказался в подземном царстве. Заметил невдалеке избушку. Стены стеклянные, а крыша шёлковая.
Иван зашёл в избушку и видит: стены в ней зеркальные, а за стеклянным столом сидит девушка-красавица.
- Кто ты есть, молодец? - спросила девушка.- И как попал в подземное царство?
- Я ищу старичка с локоток, борода - сажень длиной, - отвечал Иван.
- Не знаешь ты, видно, что это и есть царь подземного царства, злой и страшный колдун Чигехурсухал. Он давно держит нас, трёх сестер, в плену, не выпускает на белый свет.
- А где же он сейчас? Как к нему добраться, скажи мне, красавица.
- И сама не знаю, где он находится. Ступай к сестре, может, она укажет.
Распростился Иван с девушкой и пошёл к средней сестре. Издали он увидал домик с серебряной крышей. На крыше месяц светил и звезды сверкали. Зашёл Иван в домик, увидал девицу, ещё краше первой, поклонился ей и спросил:
- Скажи, красавица, как мне разыскать Чигехурсухала?
- Разве не ведомо тебе, молодец, что он страшный колдун? Ведь он убьёт тебя!
- Не бойся, красавица! Знаю я этого старика, за тем и пришёл сюда, чтобы помериться с ним силой, а заодно и вас, трёх сестер, освобожу из плена. Скажи, как его разыскать?
- Придётся тебе, добрый молодец, идти к нашей старшей сестре, только она знает, где сейчас находится Чигехурсухал.
Иван-батыр мешкать не стал, направился к старшей сестре. Вышел на морской берег и увидал избушку с золотой крышей. У крыльца трехголовый змей сторожит избушку, никого не пропускает. Не успел Иван меч обнажить, как выскочила на крыльцо девица, столь красивая да приветливая, век бы на неё глядеть не наглядеться. Взглянул на неё добрый молодец да так и обомлел, а на сердце у него стало тепло и радостно, будто летним солнышком обогрело. И красавица, глядя на него, зарделась, словно маков цвет. А потом испуганно заговорила:
Как ты, добрый молодец, попал в это страшное подземное царство злого волшебника? Ведь не выпустит тебя живым отсюда Чигехурсухал!
- Волшебника-старика я не боюсь,- отвечал Иван.- Скажи только, как мне его найти? Хочу с ним помериться силой и тебя с сёстрами из плена освободить.
Подала ему девица коромысло и золотой перстень:
- Ступай по берегу и дойдёшь до огненного залива. Вода там пламенем полыхает. Ты окуни семь раз коромысло, и Чигехурсухал выйдет на сушу. А в перстне, что я тебе дала, сокрыта большая сила. Когда почуешь, что ослабел, сними перстень с мизинца и надень на безымянный палец.
Сила в тебе утроится. Ох, поскорее бы ты живым-невредимым воротился!
Поблагодарил Иван, распростился с прекрасной девицей и пошёл по берегу моря. Добрался до залива, в котором вода словно пламя горела, и принялся опускать в море коромысло. Когда окунул его в седьмой раз, всколыхнулась вода в заливе и пламя улеглось. Послышался голос:
- Кто смеет меня беспокоить?!
И вслед за тем выбрался на берег старик Чигехурсухал.
- А-а! Это ты опять мне поперёк дороги становишься! Ну, знай - живым не отпущу!
Кинулся на молодца старик, теперь уже не с локоток, а громадного роста. Иван едва успел снять перстень с мизинца и надеть на безымянный палец. Бились они, бились, оба по колени в землю увязли. Тут Иван изловчился и так крепко ударил злого колдуна по голове, что вбил его по плечи в землю, выхватил меч и отсёк напрочь голову. После того пошёл к золотоверхому домику. Девица-краса его дожидалась.
- Ой, как я рада, что вижу тебя живым-здоровым! - проговорила она и залилась румянцем.
И опять Ивану-батыру легко и радостно стало на душе.
- Теперь и ты и сёстры твои навсегда избавились от злого колдуна, и мы с моими назваными братьями выведем вас из подземного царства.
Засуетилась красавица, захлопотала. Достала из укладки золотое яичко и, когда они вышли на улицу, перебросила яичко с руки на руку. В ту же минуту не стало домика-дворца с золотой крышей.
Подала яичко Ивану:
- Как только перебросишь яичко с руки на руку, станет златоверхий дворец со всем, что в нём есть, там, где тебе понадобится.
В скором времени зашли они к средней и младшей сестрам и все четверо добрались до места, где висел ременный трос. Иван чуток надставил конец ремня и сказал:
- Сперва пусть по очереди поднимут вас, прекрасные девицы, а потом и я подымусь.
Первой привязал он к ремню младшую сестру и подёргал ремень. Орлы вытащили девицу. Глядят не наглядятся.
- Там остались мои две сестры, опускайте ремень,- сказала девица.
Когда вытащили среднюю и старшую сестру, медный орёл шепнул:
- Лучших невест нигде не сыскать. Я на младшей женюсь, тебе, средний брат, средняя сестра, а золотой орел на старшей женится, если оставим Ивана в подземном царстве.
С теми словами выхватил он меч и пересёк ремень.
Упал ремень к ногам батыра, и понял Иван, что предали его орлы. Подумал, как быть, и пошёл куда глаза глядят. Шёл, шёл и пришёл в большую деревню. Попросился в крайнюю избу:
- Люди добрые, пустите отдохнуть прохожего человека!
В избе застал одну старуху. Плачет хозяйка голосит:
- Горе-печаль нас, добрый молодец, извели вконец. Уж который день без воды сидим, от жажды изнываем!
- А чего так? - спрашивает Иван.- Озеро рядом, а без воды сидите?
Пуще прежнего заплакала старуха и сквозь слезы пожаловалась:
- Поселился в нашем озере двенадцатиголовый змей. Кто ни придёт за водой, всех пожирает. Вот и живём да смерти ждём, боимся за водой идти.
- Дай-ка мне вёдра, по воду схожу, погляжу, какой такой змей!
Взял вёдра, пришёл к озеру и только успел зачерпнуть воды, как забурлила вода, поднялась большая волна и показалось из воды чудовище о двенадцати головах.
- Три дня добычи дожидался, - зарычал змей, - и вот дождался!
Раскрыл змей все двенадцать пастей и кинулся на Ивана. Встретил его молодец ударом меча и отсёк сразу три головы. Закипел жаркий бой - смертная игра. Долго бились. Удалось Ивану отсечь ещё три головы, и почувствовал он: иссякли силы, ослабела рука. А змей по колени его в землю втоптал. Вот-вот совсем одолеет. Тут вспомнил про кольцо, которое подарила ему девица-душа. Сдернул перстень с мизинца, надел на безымянный палец и сразу стал втрое сильнее, против прежнего. Утроились силы, и страх перед змеем пропал. Рубит мечом и катятся одна за другой змеиные головы. Отсёк двенадцатую голову, и рухнуло бездыханное чудище наземь.
Встретили Ивана-батыра все жители деревни от мала до велика. Обнимают и прославляют его:
- Проси, добрый молодец, чего хочешь, за что избавил нас от змея, спас от неминучей смерти.
- Кабы пособили вы мне из подземного царства выбраться на белый свет, так то и была бы мне награда,-проговорил Иван.
- В этом помочь тебе может лишь птица Амарт,- присоветовал самый старший старик. - Живёт птица Амарт на двадцатисаженной сосне. Придётся идти к ней.
Распрощался молодец с народом и отправился в путь. Подошёл к дереву, а в ту пору большая змея подползала к гнезду на сосне. Из гнезда со страхом глядели на змею птенцы. Пожалел их Иван, поднял большой камень и убил змею. Обрадовались птенцы, защебетали:
- Спасибо, добрый человек, избавил нас от смерти. Скоро прилетит наша мать, птица Амарт. Она отблагодарит тебя.
В ту пору пошёл по лесу страшный шум и всё кругом потемнело. Закрыла своими крыльями птица Амарт солнце. Птенцы запищали:
- Зачем нас надолго одних оставила? Напала на гнездо большая змея, съела бы она нас, если бы добрый молодец не защитил.
Тут и заметила птица Амарт Ивана-батыра.
- Чем отблагодарить тебя, добрый молодец, за доброе дело? - спросила она.
- Помоги мне подняться из подземного царства на белый свет,-попросил Иван.
- Поднять-то я тебя подыму. Дорога знакомая, но дальняя, а ты больно тяжёлый. Заготовь двенадцать пудов мяса и двенадцать вёдер воды. Когда станем подыматься, ты смотри: поверну ежели голову направо, кидай мне в рот мясо, а налево поверну - пить давай. Без того сил не хватит вынести тебя на белый свет.
Воротился Иван в деревню, рассказал, чего требует птица Амарт. Народ с радостью помог ему. Погрузил Иван припасы на спину птице Амарт, сам сел на неё. Взмахнула птица десятисаженными крыльями и полетела. Повернёт голову направо, Иван кидает ей в рот мясо, налево повернёт голову, он пить даёт. Летели, летели, все припасы стали к концу подходить, а птица Амарт чаще и чаще поворачивала голову то вправо, то влево. Под конец ни мяса, ни воды не осталось, и в эту самую пору вылетела птица на белый свет, упала вместе с Иваном наземь и проговорила:
- Кабы пришлось ещё хоть немного подыматься, сбросила бы тебя, молодец, так я ослабела. А теперь прощай. Ступай куда тебе надо, а я к деткам тороплюсь.
Поблагодарил Иван птицу Амарт и тронулся в путь. Идёт да радуется: "До чего же хорошо на белом свете! Радостно идти по родимой обжитой земле, не то что в подземном царстве!"
Шёл долго ли, коротко ли и добрался до золотого дворца, где золотой орёл жил. А там пир горой. Все три орла свадьбу играют, собираются трёх сестер-красавиц к венцу вести.
- Знаете, как за измену и предательство карают? - крикнул Иван.
Выхватил было свой острый меч, а потом остановился:
- Неохота мне на радости, что выбрался на землю, кровь проливать. Уходите прочь отсюда знаете лишь бы не видеть мне чёрных предателей!
Убежали орлы без оглядки, скрылись неизвестно куда.
- А вы, красавицы, узнали меня? - обратился он к девицам.
Младшая и средняя сестры головами покачали:
- Что-то не припомним. А старшая сестра кинулась Ивану на шею:
- Дорогой, желанный Иванушка! Можно ли тебя забыть? Я всё время о тебе помнила, плакала и надеялась, что не навек с тобой разлучилась! Ведь я перстень свой отдала и тебя своим суженым назвала.
Отправил Иван-батыр среднюю и младшую сестру к их родителям, а старшую привёз к своим старикам, к отцу с матерью.
Встретили их отец и мать с великой радостью.
- Ну как, сынок, - спросил отец, - нашёл ли ты счастье?
- Трёх пленниц из подземного царства освободил, злого волшебника убил, народу пособил освободиться от двенадцатиголового змея, красавицу невесту, верную и любящую подругу, нашёл. Это ли не счастье?
- Правда, сынок. Видать, не зря ты родной дом покинул да по белу свету странствовал. Невеста твоя нам с матерью по душе пришлась, и мы с радостью благословляем вас. Живите в мире и согласии, как прожили мы свою жизнь.
И завели свадебный пир на весь мир. И я на том пиру был, обо всём этом узнал и сказку рассказал.

Когда-то, давным-давно, в одной крестьянской семье родился сын. Парень рос крепким, здоровым, сообразительным. А когда вырос, родители решили женить его. Молодец всем взял - и умом, и статью, и красотой, и за него высватали дочь богатого человека. Родители невесты дали в приданое семь лошадей, семь коров и много, без счета, овец.
Хорошо зажили молодые. Но не прошло и двух лет, как жена померла. Овдовевший молодец погоревал, потужил, а потом снова женился. В приданое и за этой женой он получил семь коней, семь коров и без счета овец. Но молодцу, крестьянскому сыну, опять не повезло: вскоре и эта жена померла.
Так он женился семь раз и за каждой новой невестой получал в приданое по семь лошадей, семь коров и много, без счета, овец.
Померла у незадачливого мужа и седьмая жена. А вслед за ней умерли у молодца и его старые родители. Остался он хозяином целого табуна лошадей, стада коров и несметного, несчитанного числа овец. Однако же счастье по-прежнему обходило его стороной. А тут еще беды и невзгоды одна за другой посыпались на его голову.
Как-то нежданно-негаданно напал на коров и лошадей мор, а через небольшое время всех овец передушили волки.
Развеялось, как пыль по ветру, все богатство нашего молодца. Остался у него лишь большой дом с надворными постройками да сад с озером посредине. За садом - что еще делать? - он и начал ухаживать.
Много ли, мало ли прошло времени, заметил хозяин, что в его сад повадились летать на вечерней заре три сизые голубки. Решил он подкараулить голубей и поглядеть, что они делают в его саду. Как-то, под вечер, затаился он в кустах, дождался прилета птиц и видит - голубки превратились в девушек, сбросили платья и стали купаться в озере. Молодец тихонько подкрался, взял платье одной из девушек и унес в кусты.
Искупавшись, девушки вышли из воды. Две из них оделись, превратились в голубей и улетели, а третья, не найдя своего платья, взмолилась:
- Отдай мне, добрый молодец, мое платье!
- Вы купаетесь в моем озере и, как знать, может быть, заколдовали воду,- ответил девушке хозяин сада.- А эту воду мы и сами пили, ею же и скотину поили. Не из-за того ли померли у меня жены и напал мор на коров и лошадей?
- Нет, мы не колдуньи,- сказала девушка.- Мы прилетаем сюда потому, что место здесь уж больно красивое.
Поверил молодец словам девушки и спросил:
- А тогда не знаешь ли, почему не живут мои жены и перестал водиться у меня скот?
- Я-то не-знаю,- ответила девушка,- но мать моя, может быть, и знает.
- Ладно, я тебя отпущу,- сказал молодец и отдал платье девушке.- Но где и как я тебя потом увижу?
- А ты сними лубок с молоденькой липки и дай мне нож,-ответила девушка.-Я буду отрезать лубок по маленькому кусочку и бросать на дорогу. По этим кусочкам ты и найдешь наш дом.
Хозяин сада срезал молоденькую липу, снял с нее кору и вместе с ножом отдал девушке. Та отрезала один кусочек лубка, другой и скрылась из виду.
Отправился по условленному следу крестьянский сын в путь-дороженьку и только через семь лет пришел на место.
Оказалось, что девушки, прилетавшие голубками на озеро купаться, были сестрами самого Солнца. И сейчас же навстречу молодцу вышла их старая мать.
Крестьянский сын сказал старухе, зачем он пришел сюда. Та выслушала его и ответила:
- Не знаю, не ведаю. Сынок-то, Солнце, наверное, знает, но тебе нельзя его дожидаться:
если он явится, то может погубить тебя.
Тут вмешались в разговор дочери:
- А давай, мама, к приходу брата спрячем этого человека. Брату же мы скажем сначала, зачем он к нам пришел, и, если брат не рассердится, покажем его. Если же братец будет не в духе, мы выспросим у него все, что надо, а потом, когда он утром снова уйдет, перескажем нашему гостю.
Так и сделали.
Поздно вечером заявилось Солнце, уставшее после тяжелой дневной работы.
- Похоже, к нам пришел какой-то человек,- сказало Солнце.- Как он осмелился, ведь я могу сжечь его, как простую соломинку!
Мать с сестрами начали уговаривать его:
- Зачем тебе жечь гостя, он и так убит горем и пришел к тебе за умом, за разумом.
- Ну, если так,-смилостивилось Солнце- тогда готовьте поскорее еду и пригласите гостя - мы с ним вместе отужинаем.
Сестры приготовили ужин. Солнце посадило рядом с собой крестьянского сына, и они в добром застолье провели остаток вечера.
Видно, чем-то глянулся Солнцу добрый молодец, крестьянский сын, потому что наутро оно сказало ему:
- День вчера выдался тяжелый, я очень устало. Может, сегодня походишь по небу вместо меня? Крестьянский сын согласился:
- Отчего же не походить? Похожу. Солнце одело его в свою ослепительную одежду, посадило на своего коня и наказало:
- Ты не погоняй коня, он сам знает, каким шагом надо идти. В пору раннего завтрака встретится тебе Пихамбар (у чувашей бог, покровитель скота) с зеленой чашей в руках, наполненной сытой (медовый напиток) . Ты не останавливайся около него и сыту не пей, а только поклонись ему и следуй дальше. К позднему завтраку встретится тебе Пюлехсе (божество, раздающее блага) с такой же чашей в руке, наполненной сытой. Не останавливайся и около него и не пей сыту, а поклонись - и дальше. В полдень встретится те6e сам Тора с зеленой чашей в руке, наполненной сытой. И у него ты не пей сыту, а только поклонись и следуй дальше. Наконец, увидишь ты корм для коня. Коня хоть немного, но надо покормить а уж потом можно пускаться в путь к дому. Крестьянский сын выслушал Солнце, принял его облик и, ослепительно блестя золотыми одеждами, выехал в путь-дорогу.
Вот встретился ему Пихамбар с зеленой чашей в руке. Он стоял у дороги и терпеливо ждал, когда к нему подкатит Солнце. Поравнялся с ним молодец в образе Солнца, взял в свои руки протянутую чашу, выпил сыту, опрокинул пустую чашу на голову бога и поехал дальше.
Все повторилось и при встрече с Пюлехсе. Молодец-Солнце выпил сыту, надел пустую чашу на голову бога и поехал дальше.
А вот показался у дороги и сам великий Тора. Но и с ним крестьянский сын обошелся столь же непочтительно, как и с его младшими богами: выпил сыту, а пустую чашу нахлобучил на голову Торы.
Наконец встретилось место с кормом для коня. Молодец покормил коня и повернул к дому.
Тора же, после встречи с ним, подумал: "Что это случилось с Солнцем? Оно позволило себе неслыханную дерзость! Тут что-то не так. Пойду-ка расспрошу Пюлехсе". Но когда он начал рассказывать Пюлехсе о своей встрече с Солнцем, тот тоже пожаловался, что и его накрыл опрокинутой чашей.
Они вместе пошли к Пихамбару. Но и Пихамбар сказал:
Меня Солнце тоже стукнуло пустой чашей по голове!
После этого уже ничего не оставалось, как пойти всем втроем к Солнцу и потребовать от него объяснений.
Крестьянский сын еще не успел окончить свой рабочий день, а Солнце, ничего не подозревая, отсыпалось дома. Тора разбудил его и сказал:
- Чем это мы тебя прогневали, если ты нынче каждого из нас стукнуло чашей по голове?
Солнце со сна не сразу сообразило, о чем идет речь, потом ответило:
- Вчера у меня был трудный день, я очень устало и попросило походить за меня своего гостя. Но я не наказывало ему делать что-нибудь плохое!
Пока они так разговаривали, вернулся верхом на солнечном коне крестьянский сын. И только он успел показаться, боги начали выговаривать ему за его неслыханную дерзость.
- Пихамбара следовало бы стукнуть посильнее за то, что он не останавливал своих собак: волки всех моих овец передушили,-услышали они в ответ.
- Хорошо,-сказал Пюлехсе,-а меня за что ты чашей накрыл?
- Неужто не понимаешь? - ответил крестьянский сын.- За то, что не написал мне на роду прожить век с одной женой. Я семь раз женился, и ни одной жены не осталось в живых - разве это дело?
- Понятно,- подал голос Тора.- Но со мной-то, со мной как ты посмел так обойтись? Чем я тебе не угодил?
- А тем, что не предназначил мне счастливую жизнь. Родители мои жили как люди, а меня ты осудил на то, чтобы век свой горе мыкать.
Слушают боги крестьянского сына, а что возразить на его слова - не знают: ведь все, что он говорит, сущая правда. Стали они между собой советоваться, стали думать, чем заняться добру молодцу, чтобы он поскорее разбогател и зажил cчастливо.
Тора сказал:
- Пусть он займется воровством - самый верный и короткий путь к богатству!
Пихамбар и Пюлехсе согласились с Торой: пусть крестьянский сын ворует.
А тот, услышав решение богов, вышел из чертогов Солнца, увидел оседланного коня Торы, мигом снял с него серебряное седло да и был таков.
Вышедший вслед за молодцем Тора сразу же обнаружил пропажу.
- Что за чудеса - было седло, и нет седла! - возмутился Тора.- И у кого украли - у самого главного бога! Не иначе это дело рук мошенника, который за Солнце работал. Давайте нагоним его и отнимем седло.
Догнали боги добра молодца, спросили:
- Ты зачем, дерзкий, украл у самого Торы седло?
- Так ведь Тора сам определил, чтобы я жил воровством,- очень просто ответил крестьянский сын.- Я и подумал: если Тора не рассердится за пропажу и не будет искать ее, то не будут на меня сердиться и люди. Потому я и решил украсть сперва у Торы.
- Как же людям не сердиться на вора? - не выдержал Тора.- Каждому жаль своего добра!
- А если так, зачем же вы направили меня на путь воровства? - вполне резонно возразил молодец.
Опять крестьянский сын поставил богов в тупик. Думали они, думали, как им от него отделаться, и вот что предложил Пюлехсе:
- У одного царя есть дочь-красавица, но она от рождения слепа. А в том же царстве-государстве есть такая местность, где даже по берегам реки не растет трава. Мы сделаем - что нам стоит! - так что в той местности начнет расти трава. Мы сделаем, чтобы на выросшую траву три утра подряд выпадала роса, и пусть слепую царевну эти три утра водят на траву, собирают с нее в чашу росу и той росой обмывают ее глаза. Тогда царевна прозреет, и царь выдаст ее за нашего молодца. Молодец сразу станет и богатым, и счастливым!
- Так бы и сказал давно! - проворчал Тора.-А то ломаем голову как да что, а все, оказывается, можно устроить очень просто.
А крестьянскому сыну наказал:
- Слышал, что сказал Пюлехсе? Смотри, все исполни в точности. И не вздумай бить царя чашкой по голове, а то нам ведь только дел, что тобой заниматься!
Напутствуемый богами, крестьянский сын отправился в тридесятое царство, в котором жила слепая царевна. А придя в столицу того царства, стал шататься по трактирам и громко похваляться:
- Если бы царь отдал за меня свою дочь, я бы вылечил ее от слепоты!
За такую похвальбу, за то, что он лишний раз напоминал о горе царской семьи, стражники схватили молодца и на всякий случай посадили в кутузку. Однако молва о том, что выискался человек, который может вылечить царевну от слепоты, дошла до царского дворца. Царь вызвал молодца к себе и спросил:
- Правду ли говорят, что ты похвалялся вылечить мою дочь?
- Если отдашь ее за меня замуж, то вылечу,- ответил крестьянский сын.
- Только бы вылечил - отдам! - пообещал царь.
Крестьянский сын вместе с царевной отправился на берег той реки, где не росла трава. Следом за ними туда пришло множество народу, чтобы увидеть чудесное исцеление царской дочери от слепоты.
Когда молодец с царевной пришли к реке, на ее берегах не видно было ни одной травинки. Но вот берега начали прорастать густой травой, а к вечеру сплошь покрылись зеленью. А к утру пала сильная роса. Росу собрали в чашу и омыли ею глаза царевне. Царевна сказала, что начинает видеть. Между тем трава поднималась все выше и гуще. На другое утро роса выпала еще обильней. Ее снова собрали в чашу и опять омыли глаза царской дочери. Царевна почти совсем прозрела, стала веселой и радостной. А трава все растет и растет. На третье утро роса пала уж и совсем небывалая. Ее опять собрали и опять дали умыться царевне. Совсем выздоровела девушка и стала еще краше, чем была.
Вернулся крестьянский сын вместе с невестой в царский дворец. Царь спрашивает у дочери:
- Видят ли теперь глаза твои?
- Когда мы подходили к городу, я за семнадцать верст увидела тебя на балконе,- ответила дочь.
Отец не поверил. Он вышел с дочерью на подворье, нарочно уронил среди щепок и сенной трухи иголку и принялся ее искать. Дочь спросила:
- Что ищешь, отец?
- Иголку обронил и вот никак не найду,- сказал царь.
- Да вон же она лежит!-сказала дочь, еще издали увидев иголку. Она тут же подняла ее и протянула отцу.-Эта?
Отцу ничего не оставалось, как ответить:
- Эта самая.
Царь сдержал свое слово, выдал прозревшую дочь за крестьянского сына и закатил пир на весь мир. А после своей смерти оставил царство своему зятю. Рассказывали, хорошо правил царством-государством крестьянский сын. Оно и понятно: уж если он мог за Солнце работать, то за царя-то и подавно.

Жили три брата: Юхаби, Юскаби и Юркаби. Старшие братья были умные, а младшего все считали дураком. Его так и звали дурак-Юркаби.
Раз пошли братья в лес дров на зиму заготовить. Мать-старуха положила им в плетёный из лыка кошель хлеба-соли и разной провизии для варева.
Приехали братья в лес, принялись за работу. Дуб за дубом валят, сучья очищают и в кучи складывают. День прошёл - не заметили. Вечер наступил, вот-вот совсем стемнеет.
Воткнули братья топоры, начали ужин готовить. А только собрались разжечь костёр, оказалось, что спичек-то у них нет, дома забыли. Как быть? Решили подняться на самый высокий дуб и посмотреть, не видно ли где огонька. Поднялся старший Юхаби, посмотрел - далеко-далеко на востоке мерцает огонёк. Слез с дуба, пошёл в ту сторону.
Долго ли, коротко ли он шёл лесом, пришёл к костру. Около него сидит маленький старичок, руки греет.
- Не дашь ли, дедушка, огонька, костёр разжечь,- попросил Юхаби,- а то взялись ужин варить, а спички дома забыли.
- Отчего же не дать, дам,- отвечает старик,- только ты прежде мне спой, спляши и сказку расскажи.
- Ни петь, ни плясать я не умею, а сказки и подавно никогда не рассказывал,- говорит Юхаби.
- Ну тогда для тебя у меня и огня нет,- сказал, как отрезал, старик.
Вернулся Юхаби к братьям ни с чем. Пошёл к старику за огнём средний брат - Юскаби. Сначала он тоже поднялся на зысокий дуб, увидел, в какой стороне горит огонь, и пошёл в ту сторону.
Приходит Юскаби к костру, просит у старика огонька.
- Спой, спляши, сказку расскажи, тогда дам огня,- отвечает и ему старик.
- Не научили меня в детстве ни тому, ни другому, ни третьему,- говорит Юскаби.
- Ну, тогда и огня для тебя у меня нет,- сказал старик. Вернулся к братьям и Юскаби с пустыми руками.
Настал черёд идти за огнём младшему брату - дураку Юркаби.
Пошёл было Юркаби наугад, но скоро с дороги сбился. Залез на высокое дерево, осмотрелся, увидел на востоке, где уже заря заниматься начала, огонь горит. Спустился вниз, пошёл на зарю. Приходит к костру. У костра старика видит. Поклонился Юркаби старику в пояс:
- Здравствуй, дедушка! Как живёшь-можешь?
- Спасибо, добрый молодец, живу потихоньку,- отвечает старик.- А ты далеко ли путь держишь?
- Да приехали с братьями дров на зиму заготовить, целый день работали, а сейчас взялись ужин варить, а костёр разжечь нечем,- объяснил старику Юркаби.- Вот и пришёл попросить у тебя огонька.
- Что ж, огонька я тебе дам,- говорит старик,- только сначала покажи себя: спой, спляши, сказку расскажи.
Помолчал, подумал Юркаби, а потом так ответил старику:
- Петь и плясать я не мастак, а вот сказку могу рассказать, только - чур! - сиди и слушай молчком, если перебьёшь меня - даёшь пригоршню угольков и сто рублей в придачу.
Старик кивнул головой в знак согласия и приготовился слушать.
- Как-то раз,- начал Юркаби,- когда моих родителей ещё не было на свете, сел я на свою пегую кобылу, засунул за пояс топор и поехал в лес. Много ли, мало ли я ехал, оглянулся - у моей кобылы задних ног нет, должно быть, топор выпал из-за спины и отрубил их. Делать нечего, повернул я кобылу назад, чтобы найти её вторую половину. Доезжаю до табуна, гляжу, а там, среди других лошадей, пасутся задние ноги моей кобылы. Ну, я подъехал к ним, составил с передними и, для прочности, сколотил деревянными гвоздями. Дальше еду...
Старик слушает, свою белую бороду поглаживает. А Юркаби дальше рассказывает:
- Долго ли, коротко ли я ехал, оглянулся назад - из моих гвоздей молодые дубки выросли. А один дубок такой высокий, что почти до самого неба дотянулся. Ну я, недолго думая, полез по этому дубу, поднялся на самую его макушку, гляжу - как раз передо мной ворота, через которые на небо можно попасть. Вхожу я в эти ворота, иду по небу. Дорога гладкая, как ток. Посреди неба, вижу, красное дерево растет, а на дереве невиданной красоты птица сидит: в ушах её блестят серьги золотые, на руках браслеты жемчужные, на ногах башмачки Хрустальные, пышный хвост радугой горит, глаза изумрудами сверкают. "Какая красивая птица,- думаю,- вот бы поймать!" Но только руку протянул - птица куда-то исчезла и сразу стало темно, как в погребе...
Старик слушает, свою седую бороду поглаживает, а Юркаби дальше рассказывает:
- Повернул я обратно, а ни дороги, ни своих следов в кромешной тьме не вижу. "Как бы до ворот добраться?" - думаю. И только так подумал - рядом чудесная птица пролетела и всё кругом осветила. Оказалось, что я около самых ворот и стою. Глянул вниз - не видно подо мной кобылы, куда-то пастись, наверное, убежала. "Как быть? - опять думаю.- Как бы с неба опять на землю спуститься?" Откуда ни возьмись, ветер поднялся и принес мне целую охапку соломы. Тут я воспрянул духом; свил из той соломы веревку, привязал ее за небесные ворота и стал спускаться на землю. Долго мне пришлось спускаться. Но вот верёвка кончилась, а до земли ещё далеко. Вишу на самом конце, ветер меня туда-сюда качает. Покачался я так, покачался, оборвалась верёвка, и полетел я вниз. Думал, что на землю, а оказалось, попал в ад. Ну, а в аду, известное дело, черти на душах грешников дрова для котлов да навоз возят. И вот гляжу, дедушка, запрягают черти твою душу, а когда запрягли - заставляют меня на ней навоз возить...
- Ну, уж это ты неправду говоришь,- не выдержал старик.- Моя душа при мне.
- Что ж, пусть при тебе и остается, — сказал на это Юркаби.- А угольков я у тебя наберу и гони сто рублей впридачу.
Покряхтел старик, почесал в затылке, а только уговор есть уговор. Дал он Юркаби пригоршню угольков и сто рублей в придачу.
С тем и пошёл дурак Юркаби к своим умным братьям.

У одного мужика было три сына. Старшие сыновья были женаты, а младший Иван - холост. Пришла пора женить и младшего сына. Для него отец выбрал самую что ни на есть красивую в деревне девушку Плаги.
- Нравится тебе Плаги? - опросил он сына.
- Нравится-то нравится, да, говорят, уж больно ленива, - ответил Иван. - Только и делает, что глядится в зеркало, собой любуется.
- Ничего, сынок, научим её работать, - сказал отец. Женился Иван на красавице Плаги. Оправили честь по чести свадьбу.
Живут молодые день, неделю, две недели. Иван вместе с братьями работает, не сидят сложа руки и старшие невестки. Только красавица Плаги ничего не делает. Выйдет в сад, сядет в тенёк да и посиживает.
Однажды вечером, когда все вернулись с работы и сели ужинать, отец спрашивает:
- Сыновья, вы чем нынче занимались?
- Пни корчевали,- отвечают те.
- А вы, невестки, что делали?
- Мы пололи картошку,- говорят старшие снохи.
- А ты чем была занята, голубушка? - спросил свёкор у младшей невестки.
- В саду под яблоней сидела.
Отец налил сыновьям и старшим невесткам по миске супа, положил по куску хлеба и мяса. Младшей невестке налил миску супа, положил рядом с миской ложку и - всё. Похлебала красавица Плаги жиденькой похлёбочки, на том ужин её и закончился.
Утром опять все ушли на работу, одна Плаги осталась дома. Осталась и задумалась: неработающих здесь не кормят, может, чем-нибудь мне тоже заняться? Подумала так и прибрала в доме, пол вымыла.
Вечером за столом отец опять спрашивает:
- Что, сыновья, нынче делали?
- Пни корчевали,- отвечают те.
- А вы чем занимались? - опросил отец у старших невесток.
- Пололи, - ответили они.
- А ты, Плаги, что поделывала? Опять в холодке под яблоней сидела?
- Нет, я убиралась по дому, пыль вытерла, пол вымыла,- сказала Плаги.
На этот раз свёкор налил невестке супу и положил кусочек хлеба.
Ест Плаги этот кусочек и думает: «Выходит, в этом доме кормят лучше того, кто лучше работает. Пойду-ка завтра и я полоть картошку».
Так и сделала. Наутро встала вместе со старшими снохами и вместе же с ними до самого вечера полола.
За ужином свёкор опять допытывается:
- Каким делом, сынки, нынче занимались?
- Пни докорчевывалн.
- А вы, старшие невестки?
- Пололи.
- А ты, наша красавица? - дошел черёд до Плаги.
- И я нынче полола,- ответила Плаги. А одна из старших невесток прибавила:
- Она сегодня работала проворнее нас, мы едва за ней успевали.
И в этот раз отец положил перед Плаги вдоволь и хлеба, и мяса.
Так красивая Плаги научилась работать.