Вернуться на основной сайт Многонациональный Самарский край

Детям о дружбе народов Самарской области

Греческие сказки

Жила бедная старуха. Семь лет мечтала несчастная поесть чечевичной похлебки, да все ей не удавалось. Раздобудет чечевицу, нет у нее луку, раздобудет лук, нет у нее масла, раздобудет масло, нет воды: пересох в жару ближний ручей. Недаром говорят: «Задумал бедняк свадьбу сыграть, да музыкантов нигде не отыщет».
Но вот она всем запаслась. Насыпала в глинянный горшок чечевицы и пошла к ручейку помыть ее. А в то время к берегу подъехал молодой королевич, чтобы коня своего напоить. Увидел конь горшок с чечевицей, испугался, заржал и не стал из ручья пить. Рассердился королевич, толкнул ногой горшок, и чечевица просыпалась в воду. Не стерпела несчастная старуха и закричала:
— Вот ты какой недобрый!.. Так знай же: как я семь лет мечтала чечевичной похлебки поесть, так и ты семь лет будешь искать Анфусу с золотыми волосами, длинными косами.
А королевич-то как раз жениться задумал, да невесты по душе не было. Вскочил от тут на коня и помчался искать Анфусу с золотыми волосами, длинными косами. Куда ни приедет, спрашивает, не здесь ли живет красавица Анфуса с золотыми волосами, длинными косами. Но везде ему отвечают, что и слыхом не слыхивали и видом не видывали.
Приехал однажды королевич в глухую-преглухую деревушку, что стояла на самом краю света, и спрашивает:
— Не здесь ли живет Анфуса с золотыми волосами, длинными косами?
И вдруг слышит в ответ:
— Здесь она живет. Вот в том доме.
Подъехал королевич, смотрит: окно высоко, а дверей нет. Как в дом попасть? Увидел он неподалеку высокую сосну и взобрался на нее. Вдруг видит: идет ведьма. Подходит к дому и кричит сердито:
— Анфуса с золотыми волосами, длинными косами, выгляни в окошко. Где твоя краса, длинная коса?
Показалась в окне девушка красоты необыкновенной, длинную косу свою золотую свесила, и забралась по ней ведьма в дом. Поела, попила и снова вниз спустилась.
Как только она скрылась, слез королевич с сосны, подошел к окну и стал звать:
— Анфуса с золотыми волосами, длинными косами, выгляни в окошко. Где твоя краса, длинная коса?
Услышала Анфуса, к окошку подошла, косу спустила, и королевич забрался по ней в дом.
Приглянулась ему девушка, и решил он назвать ее своей женой. А она говорит:
— Я не против. Но надо тебе пока спрятаться. А то вернется моя мачеха и съест тебя.
Завернула Анфуса королевича в одеяло и заперла в большой сундук. Потом прибрала в доме, пол вымыла, чтобы человеком не пахло.
Когда стало смеркаться, вернулась мачеха и давай принюхиваться.
— Что-то,— говорит,— человеком пахнет! А падчерица ей отвечает:
— Ты, небось,среди людей была, вот тебе и кажется. Чуть свет ушла ведьма, а Анфуса отомкнула сундук и выпустила королевича. Стали они думать да гадать, как им убежать от ведьмы. В доме и стулья, и стол, и ложки, и плошки — все говорить умело. И для того,чтобы Анфусу с королевичем никто не выдал, завязали они всем рты и скорее прочь.
Только они скрылись, явилась старая ведьма и давай кричать:
— Анфуса с золотыми волосами, длинными косами, выгляни в окошко. Где твоя краса, длинная коса?
Никто ей не ответил.
Надоело ведьме ждать, выпустила она свои длинные когти и вскарабкалась по стене в дом.
А в доме тишина: рты-то завязаны. Только про ступку забыла Анфуса. Открыла ступка рот и говорит:
— Явился сюда вчера королевич, а сегодня сбежала с ним вместе Анфуса.
Разъярилась ведьма. Бросилась на конюшню, где медведица стояла, оседлала ее — и в погоню. Скакала, скакала, почти догнала беглецов.
Видит королевич, что дело плохо, поймал молодого оленя, который пасся поблизости, вскочил на него, посадил впереди себя Анфусу, и понеслись они во весь дух. Догнала их ведьма, вцепилась оленю в хвост, но остался он у нее в руках, а олень помчался дальше. Вспомнила тут Анфуса, что есть у нее с собой гребень, и бросила его за спину. Вырос Позади целый лес из колючего кустарника. Долго пробиралась сквозь него ведьма на медведице, исцарапалась вся. Но все-таки выбралась на опушку и пустилась что есть сил. Вот-вот опять настигнет беглянку с королевичем.
Увидела Анфуса, что мачеха близко, бросила позади себя полотенце — разлилось море широкое. И пришлось ведьме на лодке через него переправляться. Поднялась внезапно буря, перевернула лодку, и утонула ведьма вместе со своей медведицей.
А королевич с Анфусой благополучно добрался до своего дома. Сыграли они веселую свадьбу и стали жить-поживать. И я у них на свадьбе был. Бросили и мне кость. Взял я ее и поплелся домой. Шел через реку, а лягушки под мостом кричат:
— Ква ква!
Испугался я и швырнул им кость. А угодил ею ненароком в ногу соседу моему, Аргирису. С тех пор охромел он. Если не верите мне, посмотрите сами.

Жил в далекой-далекой деревушке бедный юноша. Его звали Манолис. Родители у него умерли, все, что осталось ему в наследство - это старая скрипка, она-то и утешала в дни невзгод его и таких же бедняков, каким был Манолис. Вот и любили Манолиса и его скрипку в округе все.
Однажды вечером возвращался Манолис из соседней деревни и вдруг услышал в чаще кустарника какой-то шум. Раздвинул Манолис ветви и увидел волчицу-мать, попавшую в капкан. Пожалел Манолис попавшую в беду волчицу, ее маленьких деток, пожалел и выпустил зверя на свободу.
И волчица ту же исчезла, а Манолис пошел дальше к своему одинокому дому.
Ночью его разбудил стук. Едва он отодвинул засов, как дверь с шумом распахнулась, и в хижину вошел огромный волк.
- Не бойся меня, Манолис! - сказал волк. - Я пришел к тебе как друг. Ты спас моих малышей, подарив свободу волчице-матери. И хотя люди нас считают злодеями, я докажу тебе, что за добро и волк может отплатить добром. Я отведу тебя в никому не ведомое место: там, за тремя дверьми, скрыты несметные богатства и живет прекрасная, как весенний день, принцесса.
Удивился Манолис словам волка, но спорить не стал. Взял скрипку, с которой никогда не расставался и пошел за волком.
Когда забрезжил рассвет, увидел Манолис вдали великолепный дворец, окна его так и светились стеклами из хрусталя, а дверь из чистого серебра сверкала еще сильнее.
Волк толкнул серебряную дверь, и они оказались в серебряном зале. Здесь все: и стены, и пол, и потолок - были из чистого серебра! И только в глубине зала горела, словно солнце, золотая дверь. За золотою дверью был золотой зал. За бриллиантовой - бриллиантовый! Манолис даже зажмурился, чтобы не ослепнуть.
Наконец, путники увидели сверкающий драгоценными камнями высокий зал. В глубине его, на троне, сидела юная принцесса. Она была прекрасна, как первый день весны. Манолис от восхищения замер.
Волк приблизился к трону и, поклонившись, сказал:
- Приветствую тебя, принцесса! Видишь, я исполнил твое желание - привел к тебе того, кто совершил бескорыстный поступок.
И он поведал принцессе о том, как Манолис отпустил волчицу на свободу.
- Ты прав! - сказала принцесса. - Манолис - смелый и добрый юноша. Как раз такой человек мне и нужен. Ему я смогу доверить все мои богатства и свой трон!
Принцесса тут же объявила, что выходит замуж за Манолиса.
А он? Он был так восхищен ее красотой, что впервые в жизни забыл о своей скрипке.
Когда Манолиса одели в золотые одежды и повели к принцессе, она, улыбаясь ему, сказала:
- Завтра ты станешь королем. Поэтому, уже сегодня тебе следует осмотреть все сокровища, хранящиеся во дворце.
Они обошли весь дворец, все залы и комнаты его. С каждым шагом росло удивление Манолиса - так богат, так прекрасен был дворец. Но вот они очутились возле высокой башни. Принцесса сказала:
- В этой башне нет ничего ценного и заходить в нее не стоит...
Но юношу охватило непонятное волнение. Он почувствовал непреодолимое желание войти в башню.
Сам не зная почему, он сказал:
- Нет, я должен подняться туда! - и показал на самый верх зубчатой башни.
Нехотя уступила ему принцесса.
В башне действительно не было ничего примечательного. И не было никаких богатств. В единственной комнатке, находившейся на самом верху, возле окна сидела девушка за пяльцами и вышивала. Манолис взглянул на нее и чуть не отшатнулся - до того она была безобразна. Только большие голубые глаза ее светились таким прекрасным светом, что, раз увидев, уже невозможно было их забыть.
- Кто эта девушка? - шепотом спросил Манолис.
- Это моя бедная родственница, - сказала принцесса, - я приютила ее из жалости. Она поселилась в башне и никуда не выходит, чтобы не встречать людей. Ведь она так безобразна!...
Пока принцесса нашептывала все это Манолису, девушка, склонившись над пяльцами, продолжала, не останавливаясь ни на мгновение, вышивать.
Казалось, она ничего не видела и не слышала. Под ее проворными пальцами на шелке возникла удивительной красоты птица. Но, когда девушка сделала последний стежок, птица вспорхнула и улетела в окно.
Тогда девушка в горе заломила руки и с отчаянием воскликнула:
- И эта улетела, как другие!... Так будет всегда!...
- Эта несчастная заколдована! - сказала принцесса. - День за днем она терпеливо вышивает, потому что чары спадут с нее только тогда, когда она вышьет сто птиц... А они все с последним стежком улетают! - Но что тебе до всего этого? Лучше вернемся поскорее во дворец и посмотрим, как идут приготовления к свадьбе.
Всю ночь не мог уснуть Манолис. Всю ночь мысль о несчастной девушке не выходила у него из головы. Рано утром, когда принцесса и ее слуги спали, юноша незаметно выскользнул из дворца и прокрался в башню.
Девушка сидела за пяльцами и вышивала.
Смущаясь, Манолис спросил ее:
- Ты не устала все время вышивать?
- О нет! - ответила девушка. - Я готова вышивать сколько угодно. Терпению моему нет конца. Лишь бы птицы не улетали. Но стоит мне сделать последний стежок, как все они оживают и летят прочь!
Пораженный стоял Манолис, слушая ее печальный рассказ. Но что он мог сделать, чем помочь несчастной? Ведь колдовские силы были неподвластны ему. И все же он спрашивал себя: если нельзя ей помочь, то, быть может, найдется средство, способное хоть немного облегчить ее страдания?
И он вспомнил о скрипке, о которой впервые забыл в этом дворце, полном роскоши и сокровищ.
О, как торопился, как бежал Манолис за своей скрипкой! Не теряя ни минуты, он тут же вернулся с ней в башню.
Никогда он так не играл. Никогда так не звучала его скрипка. Всю свою добрую душу, всю силу нежного, смелого сердца вложил Манолис в песню, которая лилась из-под смычка.
И - о чудо! - птицы умолкли за стенами башни. Сначала они прислушались к звукам скрипки, потом подлетели к окну, потом вспорхнули в комнату и... стали садиться на вышивание.
А Манолис все играл.
Безобразное лицо заколдованной девушки озарилось каким-то странным светом: ведь при виде вернувшихся птиц в сердце ее зажглась надежда.
И в это самое время снизу раздался голос принцессы. Она звала его, потому что наступило утро и должна была начаться свадьба.
А Манолис все играл и играл. Он слышал принцессу, но он видел, как в нетерпении склонилась над своим вышиванием девушка, как ее лицо озаряет надежда. А птицы все влетали и влетали в комнату...
Неожиданно дверь с шумом распахнулась - последний громкий стон издала скрипка. С яростью принцесса вырвала ее из рук юноши - и одновременно в башне раздался другой крик, полный счастья и радости. Это был голос Манолиса. Он увидел, как вдруг изменилась бедная вышивальщица.
Блистая красотой, она поднялась со своего места и протянула принцессе платье. Сто птиц украшали его.
- Возьми это платье! - сказала она принцессе. - По приказу твоего отца-колдуна я вышивала его уже много лет. Разве мог подумать он, человек с черным сердцем и черной душой, что найдется юноша, который согласится пренебречь богатством, властью, троном и даже твоей красотой ради бедной уродливой вышивальщицы! Твоему отцу было мало того, что он захватил все мои богатства, ему надо было еще отнять у меня и красоту и отдать ее тебе!
Счастливый юноша взял за руки вышивальщицу, и они спустились в зал, где уже все было готово к свадьбе.
Вот и отпраздновали свадьбу.
А лучшей песней, украсившей праздник, была песня, которую пропела скрипка Манолиса в утренний час в бедной комнате на самом верху одинокой башни.

Жил да был однажды бедный человек, и звали его Костакис. Все дни он работал с восхода до заката, а по воскресеньям выходил в свой садик, садился под яблоней, съедал хороший обед, а потом до вечера играл на свирели и таким образом проводил свой день в удовольствии. И было у Костакиса доброе сердце: ни на кого он ни разу не рассердился, ни с кем никогда не поссорился.
Раз в воскресный денек, когда он играл на своей свирели и мурлыкал песенку, выползла из укромного уголка змея и, качаясь-кланяясь, принялась танцевать перед ним в такт музыке. Поначалу испугался Костакис, а потом успокоился. Так вот оно и было - он играл, а змея танцевала. Наконец змея поклонилась в последний раз и исчезла, а там, где она танцевала, увидел бедняк мешочек золотых монет. Бедняга от радости чуть в пляс не пустился, а потом и говорит жене:
- В другое воскресенье я опять заиграю на свирели, тогда увидим, приползет ли она снова. Смотри только, никому ни слова! Ведь это не простая змея - это добрый дух нашего дома!
- О чем ты говоришь! Разве я рассудок потеряла, чтобы болтать о таком? Конечно же, это добрый дух нашего дома, в преданиях о нем не зря говорится. Слыхала я, что змеи любят музыку, может, ей нравится, как ты играешь?
- А ты, глупая, надо мной насмехалась и убегала каждое воскресенье к соседкам, чтобы не слышать моей игры! Теперь видишь, что получилось!
Так в разговорах прошла неделя, а в воскресный день они вновь увидели змею. Целый год так продолжалось, и каждый раз змея оставляла Костакису мешочек золота. Дивился народ, что бедняки начали жить в достатке. Пошли сплетни да пересуды, то да се. Только и разговору - как бы вызнать тайну Костакиса! И вдруг змея пропала!
Ждал бедняк, ждал, играл на свирели, играл - все впустую: не выползает змея!
Тогда решил Костакис отыскать змеиную нору. А когда отыскал, увидел змейку, свернувшуюся клубком, мертвую. Опечалился бедный человек, заплакал горько и зарыл ее в саду, возле ограды.
А через несколько дней выросло на том самом месте деревце диковинное, ни на какое другое в мире не похожее. Подрыл Костакис немного корень и увидел, что деревце выросло на змеиных костях. Тогда прикрыл он корни землей, а деревце про себя назвал змеиным. Все дивились тому деревцу, а тайное его имя, змеиное, никто знать не знал. Даже жена Костакиса не знала: не открыл он ей, что выросло деревце на костях змеи.
И вот по воскресеньям начали собираться люди и ставить заклады. Но всегда проигрывали: ведь они не знали тайное имя деревца. Приходил один, ставил заклад и спрашивал:
- Это яблоня? Это груша? Это мирабель?
Подходил другой и начинал:
- Это гранат? Это персик? Это смородина?
Подходил третий:
- Это абрикос? Это инжир? Это померанец?
Никто не мог угадать, и бедняк выигрывал множество споров.
А жил в той деревне один хитрый и жадный торговец, и решил он выведать секрет у жены бедняка. Он набрал ей вышивок, безделушек, украшений из поддельного золота, принес и продал ей по дешевке. Стали они друзьями. Раз торговец и говорит:
- Неужели и ты, любушка, не знаешь, что это за дерево растет в вашем саду у ограды?
- Не знаю я тайны, милый дружок. Таится муж и от меня!
- А ты упроси, уговори его. Подарю тебе тогда тапки, золотом расшитые, с шелковыми кисточками. Да смотри скажи вроде не мне, а назови деревце громко два раза в своей спальне. Я спрячусь под окошком и услышу. Вот и не будешь ты горевать, что выдала тайну.
Так он ее уговаривал, и на другой день спрятался хитрец под окошком в переулочке и весь обратился в слух. А женщина принялась пытать мужа:
- Скажи, муженек, как зовется наше деревце, что у ограды?
- Зачем это тебе знать? Плохо разве выигрывать нам в спорах?
- О чем волнуешься, Костакис мой, я ли разболтаю! Ты что, меня не знаешь? Или ты меня совсем не любишь?!
Подумал немного бедняк и открыл секрет.
- Давно бы так! Значит, это змеиное дерево! И выросло оно на костях нашей змейки! Ах, дорогая наша змейка, ты и мертвая нам помогаешь! - И, чтобы услыхал ее торговец под окошком, крикнула изо всех сил: - Змеиное дерево! Змеиное дерево!
В воскресенье вновь собрался народ спорить. Пришел и торговец в цветастом жилете. Вот проиграли двое, проиграли трое, тогда вперед вышел торговец и говорит:
- Ставлю на спор все свое имущество! Ставь и ты все, что имеешь, Костакис!
Растерялся бедняк, не ожидал он такого большого залога, но, уверенный, что никто не знает тайны, согласился:
- По рукам! Ставлю все, что нажил!
- Договорились! Это тополь?
- Нет! Проиграл первый раз!
- Это липа?
- Нет! Проиграл и второй раз!
- Это... это... - Притворился торговец, что размышляет, крепко обхватив руками голову, вот-вот отгадает название. - А может быть, это змеиное дерево?!
Застыл Костакис с открытым ртом, как громом пораженный. В глазах у него все потемнело: только что был он в достатке, а теперь всего лишился и стал беднее прежнего!
Пришлось ему убираться из собственного дома: жена, как узнала о том, что произошло, вконец рассорилась с ним.
Вот бредет бедняга по дороге и убивается:
- Так мне, дурню, и надо, коли поверил злой женщине!
Встретилась ему старушка.
- Здравствуй, сыночек!
- Здравствуй, бабушка!
- Что ищешь ты здесь, где и птицы не пролетают?
- Хожу ищу свою судьбу!
- Судьба твоя живет в доме Солнца.
- Как же туда, бабуся, добраться?
- Это, сынок, далеко отсюда. Сначала пройдешь ты скалу, что висит в воздухе и качается, а на землю не падает, а потом речку, в которой воды чуть-чуть, а там уже и до Солнца рукой подать!
Проговорила это старушка и исчезла. А Костакис побрел дальше. Шел он, шел, долго шел.
И вот, наконец, дом показался, красный-красный, так и горит! А у двери женщина сидит, ни молодая, ни старая. Понял Костакис - это же его судьба!
- Зачем пожаловал сюда, Костакис?
- Пришел я помощи твоей просить, - отвечает. - Не могу больше такую жизнь терпеть! Отдаюсь на твою волю - что хочешь, то со мной и делай!
- Хорошо, - говорит судьба, - попытаюсь я тебе помочь. Давай дождемся Солнца и спросим у него совета.
Вот сели они ждать. Как стемнело, закатилось Солнце спать-отдыхать, чтобы рано поутру вновь в небо отправиться. Дала ему женщина обед, показала Костакиса и попросила:
- Помоги, Солнышко, этому бедному человеку! Ведь это он играл на свирели моему дитятку - змейке!
Молвило тогда Солнце:
- Возвращайся в свою деревню и поспорь с торговцем. Пусть он теперь ставит в заклад все свое имущество. А спор будет вот о чем: спроси ты его, откуда Солнце встает. Он ответит, недолго думая: с востока, а ты говори - с севера, и ничего не бойся!
- Как же мне спорить, у меня и для заклада ничего-то нет!
- А ты поищи у корней змеиного деревца - авось найдешь чего-нибудь!
Наконец добрался бедняк до своей деревни. Дождался он ночи, подошел к своему дому, перелез через ограду в сад, копнул землю под змеиным деревцем и достал мешочек с золотыми монетами. Схватил он мешочек, перепрыгнул через изгородь и спрятался за деревней в ожидании воскресного дня.
В воскресенье чуть свет явился он к торговцу.
- Эй, ты зачем здесь? - удивился торговец.
- Хочу побиться с тобой об заклад!
- А что поставишь в залог? Ты же нищий! Без залога нет и спора!
- Не совсем уж я и нищий. Вот мой залог! Или он тебе не по душе?
С этими словами Костакис потряс мешочком с золотыми. Он-то знал, что ради золота торговец согласится на любой спор.
Так и случилось. Увидал торговец деньги, помутилось у него от жадности в голове, и, забыв всякую осторожность, он крикнул:
- Так о чем будет спор?
- Давай поспорим, откуда Солнце встает!
- Ха!.. Ха! Откуда же еще - с востока, конечно!
- Спорим, что с севера?!
Подумал торговец, что у Костакиса с горя с головой не в порядке, и воскликнул:
- Да я готов спорить об этом хоть тысячу раз, на любой залог!
- Если ты так уверен, - отвечает бедняк, - поставь все свое имущество! А я - этот мешочек, больше у меня ничего нет!
Засмеялся алчный торговец: скоро это золото в его карман пересыплется!
Вот на следующий день, еще не рассвело, взобрались они оба и все соседи на крышу дома и начали ждать восхода Солнца. У бедняги сердце колотилось от страха, не обманула ли его судьба, а у торговца сердце колотилось от радости, что скоро золото его будет. Так смотрели одни на восток, а другие - на север.
Вдруг озарилось небо, и красные солнечные лучи показались на севере! Ахнул народ от удивления, а торговец упал без чувств. Пришлось ему, хочешь не хочешь, отдавать все свое имущество бедняку. И зажил Костакис хорошо, а мы с вами еще лучше!