Вернуться на основной сайт Многонациональный Самарский край

Детям о дружбе народов Самарской области

Грузинские сказки

Было ли, не было ли – в давние времена жили два человека. Одного звали Датуа, другого Петрикела, и были они оба большие плуты.

Однажды Датуа достал мешок, набил его туго мхом, сверху положил немного шерсти и принес продавать. Когда он стал взбираться по склонам хребта, попался ему навстречу Петрикела. У Петрикелы на спине тоже был большой мешок, а набит он был скорлупой грецких орехов. Только сверху покрывали скорлупу настоящие орехи.

– Здравствуй! – крикнул Датуа.

– Здравствуй! – ответил Петрикела.

– Откуда идешь и куда путь держишь?

– Да вот несу продавать орехи. А ты откуда идешь, скажи мне?

– Я, брат, несу шерсть продавать. Только появилась у меня сейчас хорошая мысль. Никакой ведь нам выгоды не будет, если мы с нашим грузом станем тащиться по такой тяжелой дороге туда и обратно. Только чувяки износим! Давай лучше поменяемся мешками: ты понесешь продавать шерсть в свои места, а мне дай орехи – я тоже вернусь обратно в свои и продам их.

– Хорошо ты придумал! Глупо тащиться по такой тяжелой дороге. Лучше вернуться нам в свои места. На, возьми мои орехи, а взамен отдай мне свой мешок шерсти.

Так, ничего не подозревая, плуты обменялись мешками, и каждый пошел к себе домой.

Прошли они часть пути и, когда перестали видеть один другого, остановились и торопливо раскрыли каждый свой мешок. Видят – обманули друг друга!

Подосадовали они, поворчали, да ничего не поделаешь!

Спустя некоторое время плуты встретились. После приветствия Датуа сказал Петрикеле:

– Я думал, что один я такой плут, но выходит, что ты, брат, ничем не уступаешь мне!

– Вот еще! Чему же тут удивляться, брат? Если ты умеешь плутовать, почему бы и мне не уметь?

– Ну, так давай побратаемся!

– Давай!

– Денег у нас обоих нет, торговать нечем- поступим вместе в услужение к какому-нибудь богатому человеку.

– Пусть будет по-твоему.

Стали плуты искать места.

Ходили они, ходили и наконец узнали, что какой-то старухе нужны два работника. Явились они к старухе и стали спрашивать, какую работу она им даст и сколько платить будет. Старуха сказала:

– Есть у меня корова и этот дом. Одному из вас придется гонять корову на пастбище со свирелью, чонгури и бубном, потому что моя корова любит плясать под музыку. А другому надо будет работать дома: мести пол, наводить чистоту и выносить мусор куда-нибудь подальше. Буду вас за это кормить и деньги вам платить буду. Если согласны – поступайте ко мне.

– Почему не согласны? Согласны! – ответили Датуа и Петрикела разом.

На другой день Петрикела остался дома хозяйничать. А Датуа захватил с собой хлеба, бубен, свирель и чонгури и погнал корову на пастбище.

Вымел Петрикела кое-как все углы, навел чистоту, мусор собрал в одну кучу, но поленился отнести подальше от дома: решил свалить мусор на соседском дворе.

Только он собрался вывалить мусор, как хозяева этого двора накинулись на него и больно поколотили, приговаривая:

– Не посмеешь больше свой мусор на нашем дворе сваливать! Не посмеешь!

Пришел Петрикела весь в синяках и повалился в хлеве.

«Эх, - думает, - не для того, оказывается, соседский двор, чтобы туда мусор выбрасывать!»

А Датуа-плуту тоже плохо пришлось: не успела его корова выйти на пастбище, как стала бегать и прыгать по полю из конца в конец, и носилась она так до самого вечера, не давая отдыха своим ногам. И Датуа не давал покоя своим ногам: он бегал за коровой, бренчал на чонгури, дудел на свирели, изо всех сил бил в бубен...

Только поздним вечером корова перестала прыгать и скакать и вернулась домой. За ней вернулся и Датуа. Он так измучился от беготни, что и пища ему не шла в рот. Вошел он в хлев и спросил Петрикелу:

– Что с тобой, братец, не болен ли ты?

– Почему это ты решил, что я болен?

– А почему же ты лежишь?

– Да вот, вымел я и дом, и двор, и хлев, а мусор свалил на соседском дворе. А там соседи как только увидели меня, зазвали в гости, пригласили к столу и славно угостили. От такого угощения я даже устал, а от вина у меня немного голова кружится... Ты-то расскажи, как время провел.

– Тоже неплохо! Пришел я в поле, забил в бубен, ударил пальцами по струнам чонгури и задудел на свирели. Тут корова моя пустилась отплясывать лезгинку. Целая толпа мужчин и женщин собралась веселиться вместе с нами. Можешь ты себе представить – хлеб принес обратно домой и поесть забыл!

– Раз так, братец, то завтра я пойду пасти корову, а ты погостишь и попируешь у наших соседей!

– Пусть будет по-твоему, не хочу обижать тебя отказом, - сказал Датуа.

На другой день Петрикела испытал то же, что и Датуа: корова заставила его бегать целый день без передышки. А Датуа получил то же, что и Петрикела: соседи так исколотили его, что он едва ноги до хлева дотащил.

Ночью они признались один другому в своем лукавстве и стали советоваться.

– Если мы не удерем отсюда, - говорили они, - то помрем или с голоду, или от побоев. Решили Датуа и Петрикела, не откладывая, бежать. Но беда была в том, что по вечерам старуха сама наглухо запирала снаружи двери, и невозможно было уйти. Петрикела сказал:

– Вот что мы сделаем: сложим в мешок наши пожитки. Один из нас пусть подставит спину другому и поможет вылезти через щель в потолке хлева на крышу. Оттуда можно будет спустить веревку и поднять мешок с нашими пожитками и того, кто внизу останется.

– Ты замечательно придумал! – одобрил Датуа.– Я сильнее тебя и одинаково легко могу вытащить из хлева и мешок с нашими пожитками, и тебя!

Петрикела сразу же подставил спину, и Датуа вылез на крышу.

Тут Петрикела сложил в мешок пожитки, забрался в него сам и крикнул вверх:

– Эй, друг! Тяни наше имущество и спускай обратно веревку!

Датуа поднял наверх мешок, взвалил на спину и пустился бежать, совсем не заботясь о своем приятеле.

Пробежал он большое расстояние, устал, захотел передохнуть и бросил мешок на камни.

– Тише ты, дьявол! Так мне ведь больно! – крикнул Петрикела и вылез из мешка.

– Сам ты дьявол! Знаешь, как от тяжести у меня поясница разболелась!

– Ну а я-то чем виноват? Не обманывали бы мы друг друга, так и не болели бы у нас ни поясница, ни бока,– сказал Петрикела.

Жил некогда царь, и был у него невиданной силы палаван (Палаван - богатырь-борец). С виду палаван был совсем как дэв – огромный, весь в густой щетине, и потому прозвали его Дэвкаци – дэв-человек. Гордился царь своим палаваном: никто в целом царстве не мог побороть его. И всё-таки хотелось царю найти человека сильнее Дэвкаци.

Разослал царь гонцов по всем городам и селениям искать борца, который одолел бы Дэвкаци.

Разбрелись царёвы слуги по всем дорогам, исходили леса и поля, горы и долы, выбились из сил, но не нашли охотника идти на гибель! Молва о могучем Дэвкаци облетела всё царство, и никто не решался померяться с ним силой.

Возвращаются царёвы слуги назад и видят: сидит у дороги оборванный мальчишка, грызёт корку хлеба. Звали его Ивана.

– Возьмите меня с собой, хочу царский дворец посмотреть,– просит их малыш.

Рассмеялись посланцы царя и прошли мимо. Увязался мальчик за ними, не отстаёт.

– Беги-ка лучше домой,– говорит ему один из слуг.– Во дворце у цая – Дэвкаци, попадёшься ему на глаза, задаст жару.

– Не боюсь я вашего Дэвкаци! - говорит мальчик.

– Ишь храбрец!-рассмеялись слуги.– Может, ты поборешься с ним? Мы как раз ищем такого смельчака.

– А чего не побороться? - отвечает Иванэ.

И смешно царёвым слугам, и рады они, что нашли, кого искали. Не беда, что мал. «А нам-то какое дело, ежели не одолеет он Дэвкаци? Сам вызвался побороться с ним»,– решили они и взяли Иванэ во дворец.

Увидел царь мальчика и не знает – смеяться или сердиться.

– Послушай, малец-храбрец,– говорит царь.– Неужто будешь бороться с моим Дэвкаци?

– А чего же не буду? Подумаешь, какой силач твой Дэвкаци! Покорми меня месяц вволю, а там сам увидишь.

Согласился царь потехи ради.

Ест и пьёт Иванэ, ест и пьёт с утра до вечера. Другие за год не вырастают так, как Иванэ вырастает за день.

Прошёл месяц. Назначили день схватки Дэвкаци с Иванэ.

С утра со всех концов толпами повалил народ на площадь посмотреть на состязание. Людей собралось тьма-тьмущая. На почётном месте царь сидит с домочадцами.

Вышел на середину круга Дэвкаци. Подскочил к нему Иванэ. Не подскочил, а подлетел! Пошёл по кругу, словно по воздуху, ногами земли не касается!

Вертится Дэвкаци, машет руками, а мальчика поймать никак не может. Подпрыгнул Иванэ высоко-высоко и упал на Дэвкаци с такой силой, что подмял его под себя!

Закричали все, хлопают победителю, смеются над Дэвкаци, кричат ему обидное: «Бийбуу!»

С того дня стал Иванэ царским палаваном.

Целыми днями разгуливает Иванэ перед дворцом и в саду. Ничего не делает, ест, пьёт и отдыхает. Одно у него занятие – показать свою силу и ловкость, потешить царя.

Прошёл год, другой, и ещё прошло много дней.

У царя была дочь, и была она злая, заносчивая.

Случилось Иванэ увидеть её на террасе. Прошёлся он перед царевной и сказал ей шутливые слова по-крестьянски. Обиделась спесивая ^царевна. Не понравилось ей, что деревенский парень посмел заговорить с ней – с царской дочерью. Решила она проучить Иванэ-палавана: дать ему такое дело, чтобы он не справился и все над ним посмеялись.

Пошла она к царю и говорит:

– В саду Огненного дэва растёт яблоня бессмертия. Кто отведает её плодов, будет жить вечно. Хорошо бы этой яблоне расти в нашем саду!

– Хорошо бы, да кто отважится пойти к Огненному дэву?

– Неужто наш Иванэ-палаван не одолеет дэва?! Пошли его за яблоней. Запала царю в голову мысль о яблоне бессмертия. Призвал он к себе

Иванэ и говорит:

– Слушай, мой палаван. В саду у Огненного дэва растёт яблоня бессмертия, пересади её в мой сад.

– С превеликой охотой! – отвечает Ивана.

Долго ли шёл, коротко ли, дошёл Ивана до сада Огненного дэва. Стоит там яблоня, пылает вся от красно-золотистых яблок.

Ударил Ивана ногой по стволу, и посыпались на землю, покатились яблоки- ни одного не осталось на ветках!

Сел Ивана под деревом, наелся яблок и прилёг в тени соснуть.

Почуял Огненный дэв запах человека и вошёл в сад. Увидел Иванэ под деревом, подивился его дерзости.

– Кто ты? Как посмел топтать землю в моём саду? – взревел он. Вскочил Иванэ, поднял Огненного дэва над головой и по горло всадил его в землю. А потом занёс меч – отсечь ему голову.

– Не убивай меня, век рабом тебе буду, из любой беды выручу,– взмолился дэв.– Дам тебе зеркальце волшебное. Заглянешь в него – обернёшься зверем, каким захочешь; заглянешь в другой раз – опять человеком станешь.

– Ладно, дарю тебе жизнь, будешь мне братом,– молвил Иванэ. Огненный дэв повёл побратима в дом, угостил и подарил ему волшебное зеркальце. Рассказал Иванэ, зачем послал его царь.

– Так и быть, забирай яблоню – не ссориться же из-за неё! – сказал Огненный дэв и сам вырвал дерево с корнем.

Положил Иванэ зеркальце в карман, взвалил яблоню бессмертия на плечо и собрался идти назад.

– Если в беду попадёшь, кликни меня - мигом примчусь,– сказал ему дэв на прощание.

Вернулся Иванэ и посадил яблоню перед дворцом.

Идёт время, а яблоня не цветёт, яблок не даёт. Насмехается спесивая царевна над Иванэ-палаваном:

– Ну какой ты палаван, Огненного дэва не одолел! И царя обманул – простое дерево посадил.

Насмехается царевна, обрывает с яблони листья. А дерево больно хлещет её за это ветками.

«Ладно, изведу я тебя, Иванэ»,– решила царевна. Пришла она к царю и говорит:

– Не сумел Иванэ добыть тебе яблоню бессмертия, пусть добудет златогривых раши, отобьёт их у трёх дэвов-братьев. Не даром же ты его кормишь и поишь.

Призвал царь своего палавана:

– Сослужи мне службу, Иванэ, покажи свою храбрость. Пригони златогривых раши.

– С превеликой охотой,– отвечает Иванэ.

Взял Иванэ большой острый меч и пустился в путь.

Идёт он путём-дорогою, а сам не ведает, как златогривых раши добыть. Вспомнил Иванэ о своём побратиме. Кликнул он Огненного дэва. В единый миг появился перед ним дэв.

– Что за нужда у тебя, братец? -спрашивает дев.

– Да вот царь не даёт покоя, велел доставить ему златогривых раши, а я не знаю, где их искать.

– Не тужи, брат, помогу тебе, отведу во владения дэвов, у которых златогривые раши,– говорит Огненный дэв.

Привёл Огненный дэв Иванэ к широкой реке, за которой обитали три дэва – три брата. Сел он на берегу под деревом, налил миску воды, укрепил на краю её свечку и говорит своему побратиму:

– Я останусь на берегу, а ты иди к дороге, отбей у дэвов раши. Если не справишься, приду на помощь. Как покраснеет вода и погаснет свеча, буду знать, что ты в беде.

Перешёл Иванэ реку и спрятался в кустах возле дороги, по которой дэвы возвращались домой.

Настал час ужина. Показался старший дэв – трёхголовый, верхом на златогривом раши. Только подъехал он к кустам, Иванэ как крикнет:

– Хвит!

И взвился под дэвом раши.

– Но-о, волчья сыть! - взревел дэв.– Чего испугался? Далеко от нас Иванэ-палаван.

– А вот и нет!

Подскочил Иванэ-палаван к дэву и одним махом снёс ему все три головы. Взял златогривого раши под уздцы и опять укрылся в кустах.

Показался на дороге средний – шестиголовый дэв, верхом на златогривом раши. Только подъехал он к кустам, как крикнет Иванэ:

– Хвит!

И стал раши под дэвом как вкопанный, шагу ступить боится.

– Но-о, волчья сыть! - взревел дэв.– Не бойся, далеко от нас Иванэ-палаван.

– А вот и нет!

Выскочил Иванэ из кустов, взмахнул мечом и отрубил дэву все шесть голов. Взял под уздцы второго раши и сел подстерегать третьего дэва.

Вот наконец едет верхом младший дэв – девятиголовый! Только подъехал он к кустам, Иванэ как крикнет:

– Хвит!

И шарахнулся златогривый раши.

– Но-о, волчья сыть! – загремел гороподобный дэв.– Не нападёт на нас тут Иванэ-палаван.

– А вот и нападу! - отозвался Иванэ и подскочил к девятиголовому дэву. Громадный был дэв, не сумел Иванэ снести ему головы. Подхватил дэв

Иванэ, усадил на ладонь, загоготал:

– Захочу, в порошок тебя сотру, в золу обращу, ха-ха-ха! – и швырнул он Иванэ-палавана оземь.

По самую грудь ушёл в землю Иванэ. Вытащил дэв свой меч, и тут Иванэ говорит чудовищу:

– Дай мне напоследок выкурить твою трубку, а там делай со мной что хочешь.

Набил дэв трубку табаком и протянул человеку. А трубка у него длинная-предлинная, большая-пребольшая – целый мешок табака набивал дэв в неё.

Иванэ медленно раскуривает трубку – тянет время, не хочет умирать, ждёт, когда придёт на помощь Огненный дэв.

А побратим его задремал в эту пору. Не видит, как краснеет вода в миске, как гаснет свеча. Но вот погасла свеча, и открыл Огненный дэв глаза. Вскочил он и вихрем понёсся выручать Иванэ.

Налетел Огненный дэв на девятиголовое чудовище и одним ударом снёс ему все девять голов.

Сели побратимы на златогривых раши, собираются в обратный путь, и тут решил Иванэ посмотреть, не остался ли кто в доме дэва.

– Обожди меня здесь, – говорит он побратиму. – Пойду погляжу, что в доме дэвов творится.

Достал он волшебное зеркальце, глянул в него, обернулся кошкой и пробрался в дом.

Сидит у очага клыкастая старуха, разговаривает сама с собой:

– Отчего мои сыновья не возвращаются? Не случилось ли с ними беды?

Не убил ли их кто? Огнём запылаю на пути злодея, испепелю его. Снежной бурей налечу – под собой схороню, потоком разольюсь – потоплю.

Выбрался Ивана во двор, глянул в зеркальце и снова обратился в человека. Рассказал побратиму, как грозится клыкастая мать дэвов.

Вскочили они на златогривых раши, пустили их во весь опор. Не успели они выехать из владений дэвов, запылал на дороге огонь.

– Это старуха хочет нас сжечь,– говорит Ивана побратиму.

Выхватил он меч, ударил по языкам пламени. Мигом исчез огонь.

Помчались они дальше. Вот уже и река. Да не переехать её никак. Разбушевалась она, бурлит, пенится. И вдруг перекинулся через реку ветхий мостик.

– Не отстаёт от нас старуха, – говорит Иванэ, – мостиком перекинулась, рухнет под нами, и потонем мы в реке.

Выхватил он меч, ударил по мосту. Развалился мост, и тотчас успокоилась река. Перебрались побратимы на другой берег, едут дальше.

Вдруг завихрился снег, и вырос на дороге огромный сугроб – никак его не объехать, всё растёт и растёт.

– Это опять старуха! – говорит Иванэ.

Выхватил он меч, ударил по сугробу. Мигом развалился сугроб и очистилась дорога.

Тут распрощались побратимы, и каждый отправился своим путём.

Пригнал Иванэ-палаван царю златогривых раши. Радуется царь, похваляется перед всеми волшебными чудо-конями. Но не радуется спесивая царевна. Душит её злость на Иванэ за то, что со всеми поручениями справился. Потеряла царевна покой, всё думает, за чем бы ещё послать палавана, чтобы он назад не смог воротиться.

Вот проведала она, что в далёком море буйволы с алмазными рогами обитают, и пошла к царю:

– Слыхала я, что в далёком море, за семью горами, буйволы с алмазными рогами есть. Вели палавану добыть тех буйволов.

Послал царь Иванэ-палавана за буйволами с алмазными рогами.

Вышел Иванэ в поле и кликнул Огненного дэва. Явился его побратим.

– Что за новая беда у тебя, братец? -спрашивает дэв. Рассказал Иванэ, за каким делом послал его царь.

– Не тужи, не хитрое это дело,– говорит Огненный дэв.– Буйволы по вечерам на берег выходят воды из колодца попить. Не по вкусу им морская вода: солёная да горькая. Колодец тот огромные муравьи стерегут. Попроси у царя двенадцать вьюков ваты, двенадцать кувшинов вина и сорок туш овец. И воды чистой заранее припаси. Кинь туши муравьям, набросятся они на мясо, а ты тем временем осуши колодец ватой и налей в него вина. Что делать дальше, сам поймёшь.

Всё сделал Иванэ, как Огненный дэв велел, и стал ждать.

Вот зашло солнце, и вышли из моря алмазорогие буйволы. Подступили они к колодцу и тут же отпрянули – не понравился им запах вина! Ходят вокруг колодца, мучает их жажда.

Увидели буйволы Иванэ и взмолились:

– Напои нас, человек, век тебе служить будем! Иванэ напоил их водой и погнал к царю.

А буйволы те были всеведущие – всё ведали, всё знали.

– Славный ты человек, – говорят ему буйволы, – храбрый и сильный, только погубят тебя глупый царь и злая царевна, ежели не избавим мы тебя от их козней.

Вот вернулся Иванэ с буйволами.

Вышли из дворца и царь, и царевна, и назир-визири посмотреть на диковинных алмазорогих буйволов. А буйволы пригнули головы и понеслись прямо на царя и царевну. Еле успели они отскочить в сторону и кинулись бежать прочь со страху.

И никто с тех пор их не видал.

Собрался народ и выбрал царём Иванэ-палавана. В тот же день зацвела яблоня бессмертия перед дворцом и запылали на ней потом красно-золотистые яблоки.

Жил один великий и могущественный царь. У него была дочь, прекрасная, невиданной под солнцем красоты девушка. Решил царь отдать свою дочь тому, кто расскажет три самые невероятные небылицы. Многие желали получить в жены ту красавицу, но никто не мог угодить царю. А неудачников царь тотчас обезглавливал и головы их вывешивал на башнях своего замка.

В том царстве жил один пастух Бичиа. Однажды, пригнав вечером стадо в деревню, Бичиа сказал матери:

— Мать, царь отдает свою дочь тому, кто сумеет рассказать ему три небылицы. Давай пойду, что будет — будет, попытаюсь, авось, выиграю и ту царскую дочь приведу тебе в невестки.

— Сын мой, что ты? Кто тебе отдаст царевну?

— А что, разве я не человек? Что, мне ума не хватает?

— Оставь, сынок. Все равно не отдадут тебе ее.

— Отчего же?

— Знаешь ведь, сынок, скольким прекрасным людям отрубил царь головы за то, что они не сумели угодить ему. Ну где тебе выдумать такую небылицу, что никто из этих знатных и ученых людей выдумать не мог?

— Смогу или нет — посмотрим. Разве те, кто будут меня спрашивать, не такие же люди, как и я? Помнишь, что говорил отец: человек должен все испытать. Вот я и хочу испытать свою судьбу — посмотрим, кто победит.

Мать долго отговаривала Бичиа, но он не послушался. Отправился к царю, пришел во дворец и стал у дверей. Оглядел вывешенные на башнях высохшие человеческие головы, но не дрогнуло у него сердце.

Вышли царедворцы и спросили:

— Кто ты и чего ты хочешь?

— Я крестьянин и пастух, хочу царю небылицу рассказать.

Царедворцы доложили царю и по его приказу пригласили Бичиа во дворец, подали ему кресло, усадили.

Вышел царь, вызвал палачей и говорит:

— Рассказывай свою небылицу.

— Вернулся я вечером с пастбища домой. У матери ничего к ужину не оказалось. Я тотчас вышел из дому, перепрыгнул в наш огород, чтобы сорвать давно мною намеченную тыкву. Пришел, смотрю — нет тыквы. Направился я по стеблю, что-то далеко он протянулся — не видать конца. Иду за ним, а он до моря дотянулся. Смотрю, он и по морю тянется. Стал я на стебель, иду, вышел на другой берег моря. Вижу — вот она, моя тыква! Сорвал ее, повернулся и снова по стеблю вышел на эту сторону моря. Принес тыкву домой, отдал матери. Приготовила она ужин, и поужинали мы вкусно.

Эта небылица понравилась как царю, так и его царедворцам.

— Хорошо. Иди теперь домой, придешь завтра — расскажешь вторую небылицу. Настало утро. Бичиа помылся, надел шапку и отправился во дворец. Пригласили его к царю, а там уже и царь, и все придворные, и палачи собрались. Подали пастуху кресло, усадили и велели рассказывать.

— Вчера приготовила мать ужин, — начал Бичиа, — но для приправы не оказалось у нее соли. Побежал я за солью в Гумбры. Подошел к соляной скале и вспомнил, что ни тесака, ни кирки не взял с собой. Что было делать? Стал я биться головой о скалу. Отбил так один большой кусок соли, взвалил на спину и понес домой. Приправили еду и вкусно поужинали.

Это небылица тоже понравилась, и сказали пастуху:

— Иди теперь домой, а третью небылицу завтра расскажешь.

Очень доволен Бичиа, а царь впал в думу — не знает, к какой прибегнуть уловке, как отправить проклятого пастуха на тот свет? Созвал царь всех своих советников. Много ли говорили или мало, но решили — завтра, что бы ни рассказал пастух, всем в один голос кричать: «Правда, правда».

Все весело разошлись, уверенные, что никакая сила не спасет завтра пастуха от смерти. Но судьба готовила иное.

Настало утро. Бичиа-пастух отыскал где-то огромный чан и докатил его с помощью нескольких товарищей до царского дворца.

Как только увидали царедворцы этот чан, тотчас закричали пастуху:

— Что это такое, что ты приволок?

— А это вот что: два таких чана, полных драгоценных камней и жемчугов, задолжал отец нашего царя моему отцу.

— Правда, правда! — закричали царедворцы. Вышел на этот шум царь, набросился на советников:

— Что вы меня губите? Когда задолжал мой отец его отцу столько драгоценностей? И где у меня столько имущества?

— Ложь, ложь! — стали кричать царедворцы.

— А ложь — так отдавайте царевну.

Пришлось царю выбирать: или отдать пастуху два чана драгоценностей, или выдать за него свою дочь. Так как царство было не очень богатое, то и решили отдать Бичиа прекрасную царевну. Обвенчали их, справили свадьбу и отдали полцарства. Победил пастух и взял жену домой к матери, где они весело и счастливо зажили.

Там оставил я мор,

Здесь застал пир.

Там просыпал золу,

Здесь нашел муку.