Вернуться на основной сайт Многонациональный Самарский край

Детям о дружбе народов Самарской области

Латышские сказки

Жили-были два брата. Один был богатый, а другой – бедняк. Терпеть не мог богач своего бедного брата. Случилось как-то, вышел у бедняка весь хлеб, и рад бы он хлеба купить, да вот беда – нет ни гроша за душой. Отправился он к богатому брату за помощью. Но только богач увидел, что брат к его дому подходит, швырнул через окошко заплесневелый свиной окорок и крикнул бедняку, чтобы тот в пекло убирался:
– Продашь там окорок – с деньгами будешь!
– И на том спасибо, – молвил бедняк, взял окорок и со слезами пошел пекло искать. По дороге встретился ему седой старичок.
– Что ты плачешь? – спрашивает старичок. Рассказал ему бедняк о своем горе: послал его брат в пекло окорок продать, а он и дороги туда не знает.
– Ну, нечего попусту слезы лить! – утешает его старик. – Иди по этой тропинке, никуда не сворачивай и дойдешь до самого пекла. Да не забудь: денег в пекле за окорок не бери, попроси меленку, что в углу валяется.
Поблагодарил бедняк старика и пошел своей дорогой.
Идет он, идет, а тропинке все конца нет. Но вот дошел он до пекла, а дальше хода нет – большие-пребольшие ворота перед ним. Постучался бедняк в ворота. Выходит на стук чертов прислужник о трех головах и спрашивает:
– Чего тебе надобно?
– Да вот, свиной окорок продаю, – говорит бедняк. Обрадовался чертов прислужник.
– Сколько же ты за него хочешь? – спрашивает.
– За деньги я окорок не продам, – отвечает бедняк. – Отдам его за меленку, что в углу валяется.
Но трехголовый о меленке и слышать не хочет.
– Проси все, что хочешь, только не меленку! – говорит.
Приметил бедняк, что чертов-прислужник глаз от окорока отвести не может, все облизывается, и не уступает: давай меленку! – и все тут. Наконец отдал ему трехголовый меленку.
На том они и расстались. Чертов прислужник с окороком в пекле исчез и ворота огромные за собой запер, а бедняк с меленной со всех ног домой спешит.
По дороге он снова старичка встречает.
– Ну как, достал меленку? – спрашивает старичок.
– Достать-то достал, – отвечает бедный брат, – только что мне с нею делать, ума не приложу, у меня-то ведь и молоть нечего.
– Да ведь меленка-то эта волшебная, – говорит старик. – Как прикажешь ей молоть, она затрещит, завертится и намелет тебе всего, что только пожелаешь.
А еще поведал старичок бедняку, от каких слов меленка остановится, и наказал, чтоб никому он этих слов не говорил. Сказал все это старик и исчез.
С той поры зажил бедный брат счастливо и богато. Каждый день давала ему меленка самую вкусную еду и питье. Намолола меленка всякого добра и столько золота, что построил он себе золотой дворец.
Увидал богатый брат золотой дворец и чуть ума не решился. Прибежал он к бедному брату и спрашивает:
– Откуда же у тебя такое богатство?
Рассказал бедный брат, что меленка его богатым сделала. Стал богатый приставать к бедному, чтобы продал он ему меленку.
– Отчего ж не продать? – говорит бедняк. – Добра у меня теперь вдоволь, можно и брату уделить.
Только услыхал это богатый брат, тут же схватил меленку и, пыхтя и задыхаясь, домой побежал. Прибежал и – от радости даже трясется. А жена на него глядит, удивляется: что это с мужем сталось?
Наутро собрался богатый брат с батраками сено косить. Жена хотела было дома остаться – кашу сварить, но муж говорит:
– Иди-ка ты с нами косить, а я уж, как завтракать время придет, домой сбегаю, меленка мне мигом каши намелет.
Не стала жена спорить и пошла со всеми вместе на луг.
Вот подошло время завтракать, хозяин бросил косу и домой за кашей поспешил. Прибежал домой и – за меленку. Мелет, мелет меленка, уже все горшки кашей наполнились. И не надо бы больше, а меленка знай себе мелет. Кричит хозяин, что хватит-де каши, да не слушается его меленка. Уже вся изба каши полна, а меленка все мелет и мелет. Испугался хозяин не на шутку, выбросил меленку за дверь, только и это не помогло. Каши все прибавляется и прибавляется, скоро уж весь двор будет кашей забит. Словно взбесилась меленка. Богатый брат не знает, что с ней и делать. Наконец схватил он меленку и брату отнес: мол, девай ее, куда знаешь.
Услыхал брат о том, что меленка натворила, и только посмеялся. Прошептал он волшебные слова, и в тот же миг вся каша пропала, будто ее и вовсе не бывало.
Плыли как-то моряки мимо берега, видят: сверкает что-то на солнце. Сошли они с корабля посмотреть, что же это такое блестит. Подходят: стоит перед ними золотой дворец, крыша на нем чистым золотом горит. Спрашивают моряки:
– Это чей же такой дворец и откуда он здесь взялся?
– Дворец этот мой, – отвечает им бедный брат, – а взялся он из этой вот самой меленки.
Дивятся моряки, надивиться не могут, просят, нельзя ли им на меленку поближе посмотреть. И так им меленка понравилась, что на другую же ночь они ее украли.
Ищет наутро бедный брат свою меленку, никак не найдет: у моряков она, а моряки-то давно в море! Собрались моряки и думают, что бы такое приказать меленке сперва намолоть? Пока они раздумывали, кто-то возьми да крикни, что надо бы соли намолоть: соль-то они дома забыли. Что же, соль так соль. И замолола тут меленка – только пыль столбом стоит!
Мелет она, мелет, уже полную миску соли намолола, словно бы и хватит. Хотят моряки меленку остановить, да куда там: мелет меленка без устали. Сгрудились моряки вокруг меленки, руками остановить ее пробуют, но все без толку. Вскоре наполнился корабль солью и потонул вместе с моряками и меленкой. А меленка и на дне морском все молола и по сей день мелет, оттого-то и вода в море соленая.

Было у отца три сына: два умных, а третий – дурак. Посылает отец сыновей за хворостом, умным лошадь дает, а дурачок должен хворост на спине таскать. Едут однажды умные сыновья с возом хвороста, глядят: сидит на дороге лягушка и стонет. Просит лягушка через канаву ее перенести, но умные сыновья не стали переносить, да еще кнутом бедняжку огрели. Следом идет дурачок с вязанкой хвороста. Сделал он, что лягушка просила. И пообещала она ему за это помогать во всем. Чтоб не носить больше дурачку хворост на спине, подарила ему лягушка белого коня.
Как-то раз едет дурачок с возом хвороста мимо королевского дворца. Увидела младшая принцесса лошадь у дурачка и давай насмехаться:
– Вот так чудеса! Дурак-то белым конем обзавелся! Задели дурачка эти насмешки за живое. Он и говорит:
– Чтоб тебя нечистый забрал! Все-то меня дураком считают!
А нечистый тут как тут, подхватил принцессу, только его и видели. Стал король допытываться, кто же это принцессу проклял. Взял он ружье и приказал всем перед ним пройти: как виновный мимо пойдет, ружье-то и выстрелит. Так и случилось: как только мимо ружья дурак пошел, оно выстрелило. Приказал король бросить
дурачка в озеро. Очутился дурак в воде, вспомнил о лягушке и взмолился:
– Лягушка, лягушка, помоги мне на берег выбраться! Вытащила лягушка дурачка на берег и спрашивает:
– Чего бы ты еще хотел?
– Хочу к той принцессе, которую я проклял.
Раз-два – и он уже там. Сидит принцесса пригорюнившись в дремучем лесу и плачет. Лягушка опять дурачка спрашивает:
– Чего бы ты еще хотел?
– Избавь принцессу от нечистого и перенеси нас обоих на берег того озера, где я тонул. И чтоб на берегу дворец был построен, в котором мы жить будем.
Сделала это лягушка и прыгнула в воду. Увидал король дворец и прослышал, что во дворце дурачок с его младшей дочкой живет. Разгневался король и послал войско – дворец разрушить и принцессу домой вернуть, но лягушка всех королевских солдат в кочки превратила. Поехала тогда королева за дочерью, а лягушка ее в лошадь обратила. Наконец отправился за принцессой сам король. Только не стал он силой дочь отнимать, а решил миром дело кончить. Спрашивает король:
– Почему мои солдаты кочками стали? Почему королева в лошадь превратилась?
– Потому что силой принцессу забрать хотели.
– Ну, а можно кочки и лошадь снова людьми сделать?
– Можно, если отдашь мне младшую дочь в жены.
Пообещал король младшую дочь за дурачка отдать. Сразу кочки солдатами стали, и лошадь снова королевой обернулась. А дурак сыграл свадьбу с принцессой.

Умирая, отец оставил сыну три завета: "Не ходи часто в гости, не то перестанут тебя уважать; не меняй лошадей на базаре, не то останешься при своих двоих; не бери жену издалека, не то попадется дурная!"
Сын покивал головой и запомнил слова отца. Когда отец умер, сын решил проверить отцовские заветы.
Ладно. Стал он в гости похаживать. Первый раз встретили его лепешками, на другой раз тоже всего было вдоволь, на третий раз заметил он холодок, на четвертый – все еще туда-сюда было, на пятый раз остался он уже ни сыт, ни пьян, а когда пришел в шестой раз, подали ему мякинный хлеб с путрой. Один ломотик еще кое-как съел, а второй принес домой и припрятал в свою укладку. Когда спать пошел, сын про себя думает: "Верен был первый отцов завет, попробую испытать второй".
Ладно. Вот стал он ездить на базар и лошадей менять; дело кончилось тем, что выменял сын такую клячу, которая свалилась по дороге, и остался он пешим. Содрал сын с клячи шкуру и припрятал в укладку. Когда спать пошел, думает про себя: "Два отцовых завета оказались верными, попробую-ка проверю третий".
Ладно. В следующее воскресенье собрался и пошел версты отмерять на край света за женой. Ищет, ищет, глядь – и нашел, да такую красавицу, что твоя кукла: плывет, земли не касается. Чего ж лучшего искать, пусть на следующее воскресенье со сватами приезжает, поглядит, как жених живет. Однако вечером, собираясь домой, сын подумал: "Два отцовских завета были верны; пока третий не оправдался, надо приглядеться получше. Воскресенье – воскресеньем, разве в такой день толком что приметишь, а вот в будни – совсем другое дело. Пойду-ка назад, тайком залезу на гумно, пересплю ночь, а тогда с утра погляжу, какова моя суженая за работой".
Утром, чуть свет, старики уже в поле, а девицы нигде не видать. Экое диво! И полдень подошел, а ее нигде не видно – надо пойти в избу заглянуть. Заходит в избу: передник, что вчера на ней был, на полу валяется, а сама храпит за печкой, аж стены трясутся. Подхватил сын передник и ходу домой. Спрятал передник в клети и дожидается воскресенья. Настал воскресный день – приехали сваты с невестой. В один угол заглянули, в другой – всюду хорошо на диво; заходят в клеть, увидели укладку с отцовыми заветами – спрашивают, что в ней?
– Этого показать вам не могу – тут мои драгоценности! Сваты упрашивают его: пусть, мол, дозволит взглянуть.
– Ну ладно, уж так и быть! Открывают укладку – что в ней такое?
– А мой передник как тут очутился?
– Да, девица, храню я в этой укладке заветы моего отца: пока другие спят, укладка копит для меня отцовы заветы. В ней три завета – этот огрызок хлеба, шкура и твой передник. Первый из них учит: не ходи часто в гости, не то перестанут тебя уважать; второй учит: не меняй лошадей на базаре, не то останешься при своих двоих; третий, твой передник, учит: не бери жену издалека, не то попадется дурная.
Так девица и уехала, пристыженная.